Будущее отца. Как изменится его место в семье и обществе?

Таким образом, Фрейду было над чем поразмышлять, и эта интрига держала его в постоянном умственном напряжении.

* * *

Фрейд увидел иллюстрацию этой проблематики в мифе, описанном Дарвином и другими антропологами, что помогло ему осмыслить то, что он наблюдал в своей практике и что его интриговало. В образной системе этого мифа присутствовали все отличительные аспекты фрейдовского психоаналитического опыта: навязчивые идеи смерти и любви, ревность и вина, восхищение и горечь, а также признание того, что отец никуда не исчезает, и его присутствие становится еще более явным именно после его смерти.

Мифы – это не только занятные истории. Они иллюстрируют то, что мы не можем выразить словами. Эти воображаемые истории объясняют нашу реальность, рассказывая о том, что «будто бы произошло» в самом начале нашей цивилизации. Не считая сложных современных теорий, только мифам удается подвести нас к осознанию того, что недоступно нашему пониманию, настолько это сложно и противоречиво.

Мифы позволяют осознать то, что иначе осознать невозможно.

* * *

Миф, найденный Фрейдом у Дарвина, объясняет структуру общества в начальный период человечества. Фрейд излагает свою версию этого мифа в работе 1913 года под названием «Тотем и табу». Он дает новую интерпретацию дарвиновскому мифу в свете того, что мог констатировать у своих современников. Вот резюме того, как он «реконструирует» эпоху примитивного человечества.

Можно предположить, что в те времена существовало несколько примитивных племен, структурированных примерно одинаково, поэтому в демонстрации Фрейда речь идет только об одном племени.

Во главе такого первичного племени стоял доминирующий самец, самый сильный и, без сомнения, самый хитроумный из всех. Он один «наслаждался» всеми женщинами своего племени, начиная с матерей, и беспощадно расправлялся с соперниками. Он считался всемогущим, его боялись и им восхищались. В этом можно распознать не только модель животной стаи, но и некий фантазм, до сих пор присутствующий в современной жизни, публичной или частной.

Фрейд называет этот эмбрион общества «примитивная орда». Орда – это еще не племя в настоящем смысле слова, потому что племя подчиняется постоянно действующему правилу и в нем четко расписаны возможности каждого.

Однажды сыновья, подталкиваемые ревностью и нежеланием попадать под руку отцу, объединились, чтобы избавиться от этого чудовища.