Игры викингов

Эти уже построились и готовы принять храбрецов-одиночек.

– Их десятка три, – прикинул кто-то.

– Три больших десятка, – уточнил хирдман по прозвищу Ворчун.

– Нас больше!

– Мы выпотрошим их, как овец! – рявкнул Медвежья Лапа.

– Убьем фризов!

– Убьем их всех!

– Заберем их добро!

– Сдерем с них шкуры!

Драккар летел птицей, взмахивая крыльями-веслами.

– Пятнадцать-шесть – справа! – орал глазастый дренг Свиди, устроившийся чуть ли не на голове носовой фигуры-дракона. – Двадцать два-восемь – ровно! – Обозначая препятствия и следуя его указаниям, кормчий Кетильфаст закладывал руль то влево, то вправо, вписываясь в фарватер и не снижая скорости.

Две сотни с хвостиком метров, вернее – полтора кабельтовых…

– Легче! – закричал Кетильфаст. – Трин!.. Трин! – Задавая новый ритм гребли.

Ветер дул с носа. Знамя с восьминогим жеребцом Слейпниром плескалось на макушке лишенной паруса мачты.

– Готовьсь! – Один кабельтов.

– Правый – суши! Левый – упрись!

Драккар начал разворот по пологой дуге.

Свиди что-то кричал, но в его указаниях уже не было необходимости. Драккар разворачивался, а все, что было по левому борту, Кетильфаст видел и запомнил.

С берега полетели первые стрелы… Не долетали пока что.

Рядом с Саньком на скамью плюхнулся Вигфус Лысина, один из самых старых хирдманов – ему уже за сорок перевалило. Старый, опытный, матерый. Поперек рожи шрам, губа раздвоена, под ней дырка – протезистов-стоматологов здесь нет. Вигфус покрепче ухватился за весло, подмигнул Саньку.

И тут же последовала команда, уже ярлова:

– Правым – готовьсь! Прикрыться!

Над Саньком воздвигся кто-то из хирдманов, заслонил щитом. Очень вовремя, потому что в щит тут же ударила стрела. Драккар вышел на дистанцию перестрела.

– Правый – держать! – взревел ярл.

Санёк не понял, но понял Лысина. Приподнял рукоять так, чтобы весло оказалось параллельно воде, заорал Саньку в ухо:

– Держать, дренг!

Щит, прикрывший Санька и Лысину от стрел, принадлежал Санькиному антагонисту Грейпюру.

Рожа красная, борода распушилась, глаза горят… Битва! Грейпюр распрямился, хекнул, метнул копье. Заревел так, что у Санька ухо заложило, перемахнул через борт и приземлился на весло.

– Держать! – снова истошно завопил Лысина.

И Санёк навалился всем весом, еще и коленями зацепился. Удержал. Секунды три, не больше. Грейпюр промчался по веслу, набирая разбег, а потом великолепным прыжком махнул с него прямо на берег.