Философия психологии. Новая методология

Но ведь перед нами классический познающий в отношениях с познаваемым![9 - Здесь, впрочем, необходимо оговориться. То, что касается «звездочета», или, иначе, познающего: такая аналогия хорошо показывает, сколь многое зависит от исследователя. Его точке обзора доступна вся целостная система, и для этого даже не надо «прыгать с планеты на планету» – только запутаешься, надо лишь увеличивать мощность собственного опосредующего информацию устройства – «телескопа» и учитывать как собственную динамику, так и динамику изучаемой системы.

]

Такой – критичный и непредвзятый – взгляд на отношения познающего и познаваемого позволяет нам разрешить ряд вопросов методологического плана, например вопрос о неправомочности непосредственного суммирования результатов познания из различных точек обзора. А также философские вопросы, например вопрос о противоположностях, поскольку становится понятно, как они рождаются. Противоположность – это лишь отношение к точке обзора, а не некая изначальная и абсолютная данность, и, таким образом, эти противоположности можно нивелировать.

Мы видим на примере данной модели, что многие казусы и контекстуальные противоречия в результатах познания связаны с особенностями самой точки обзора, но воспринимаются наблюдателем как объективные черты сущего и факты бытия. В каком-то смысле мы имеем здесь некую аналогию проекции, где под проекцией понимается не столько некий перенос свойств познающего на познаваемое, сколько простое вынесение ошибки вовне, дабы потом интегрировать это «вне» со своей собственной структурой, которая изначально и содержит данную ошибку. Отметим, что за такое «вынесение» – проекцию – ответственна сама познающая система.

Мы обращаемся к методологическим вопросам, рассматривая научное знание. И видим, что точка обзора, как это ни парадоксально, нигде толком, за исключением разве отчасти «точных» наук, не определена. При этом надо отметить, что, если точка обзора не фиксируется, теряются сущность и целостность первичного опыта, ассоциации представляются занятием несерьезным, а последовательность действий, как следствие, продиктована внутренней определенностью положений самой дисциплины, где каждое из положений, в свою очередь, «очевидно» исследователю, иначе его исследование становится попросту невозможным, а сам исследователь – совершенно беспомощным.

Такая система поддерживает саму себя, но фактически ни на чем не основана.