Они всегда смеялись надо мной. Как детские обиды перерастают в жестокость

Она всегда давала мне небольшие подарки для сестры Розы – чтобы та чувствовала, как ее ценят и любят.

В нашей школе была специальная программа для глухих. Одна из девочек, обучавшихся по этой программе, Марианна, мне очень нравилась. Ей было пять лет, она косолапила и носила тяжелые и неуклюжие черные ботинки, сделанные специально под ее нездоровую ногу. Помимо полной глухоты, она еще и плохо видела. Очки с толстыми стеклами казались огромными на ее крохотном личике. Одевалась Марианна очень плохо, и другие дети вечно издевались над ней.

Они передразнивали ее походку и попытки заговорить. Хотя Марианне было пять лет – то есть она всего на четыре года младше меня, – эта малышка будила во мне материнский инстинкт. Мне хотелось обнять ее, чтобы она почувствовала, что ее любят. У нее была самая красивая на свете улыбка.

Я спросила у сестры Розы, нельзя ли мне помогать ей в работе с глухими в обеденный перерыв. Сестра Роза с радостью согласилась. Я каждый день играла с этими замечательными детьми и помогала сестре Кларе, очаровательной молодой монахине, отвечавшей за эту программу.

Сестра Клара учила глухих детей читать по губам. Я разговаривала с ними, а они пытались разобрать, что я говорила. Я очень привязалась к Марианне. Она казалась мне такой одинокой – даже другие глухие дети порой дразнили ее.

Как-то днем я спросила сестру Клару, можно ли пригласить Марианну ко мне домой поиграть.

– Пожалуйста, сестра, – упрашивала я. – Мама сказала, что позвонит маме Марианны, заберет нас, а потом отвезет ее домой.

Ну, пожалуйста!

– Мне нужно сначала предупредить маму Марианны, – ответила сестра Клара и пошла в кабинет звонить ей. Через несколько минут она вернулась и с улыбкой сказала: – Я обо всем договорилась и узнала дорогу. Если вы с мамой заберете Марианну в субботу в одиннадцать часов, будет замечательно.

Я пришла в безумный восторг. В субботу утром я проснулась в шесть часов и полностью оделась, не забыв разбудить и всех остальных. Мама тоже хотела познакомиться с Марианной.

– Мама, а где она живет? Далеко?

– Да, дорогая, минутах в сорока от нас…

Чем дальше мы ехали, тем более ветхими и неприглядными становились дома.

– Мама, а почему эти дома такие печальные? – спросила я, не понимая, почему на домах облупилась краска, а изгороди покосились.

– Джоди, здесь живут люди, которым в жизни повезло меньше, чем нам. У них мало денег. Ты можешь помолиться, чтобы Бог дал им силы и возможности, – грустно ответила мама.