Отрицательный рейтинг

– Нравишься ты мне, Сандар, – сообщил конунг. – И потому дам тебе совет – не надо. Гунульв-ярл ничего тебе не даст, кроме пляски мечей. А в этом он и сам хорош, как никто. И люди у него отборные. Шесть десятков. Никто с ними задираться не станет.

– Даже ты? – напрямик спросил Санёк.

– Даже я, – признал конунг. – В мои дела он не лезет, а что почудил его человек у меня на пиру, так всяко бывает. Пир же.

– Не человек, колдун почудил! – уточнил Санёк.

– Так тем более. С колдуном лучше не ссориться. Живой он нагадит, а мёртвый – втрое.

– Это смотря как убить… – пробормотал Санёк, вспомнив завёрнутый в кожу автомат, который когда-то нашёл в доме ярла Хрогнира.

– Так не даст его Гунульв правильно убить, – развёл руками конунг.

«А ведь ты старик, Эйлейв-конунг, – подумал Санёк. – Потому и влезать ни во что не хочешь».

– Скажи, конунг, а сыновья у тебя есть?

– Были, – помрачнел Эйлейв.

В подробности вдаваться не стал.

– Ну, может, ещё будут, – попытался утешить его Санёк. – Боги к тебе благосклонны.

– А сам куда? – поинтересовался конунг, бросив алчный взгляд на «Глаз Локи». Не оставил, значит, надежды завладеть шлемом.

– Колдун, – сказал Санёк. – Я оскорблений не прощаю.

– Ярл Гунульв живёт там, – показал конунг. – Если выйдешь на рассвете, к полудню доберёшься. Может, шлем свой тоже оставишь?

Вот же упорный.

– Нельзя, – покачал головой Санёк. – Беда будет. Да и не к ярлу я пойду.

– А куда?

– Ты и впрямь хочешь это знать? – приблизив лицо к бородатой физиономии конунга, спросил Санёк.

– Не хочу, – не рискнул Эйлейв. – Твоё дело.

Похоже, Санёк сумел-таки внушить почтение местному корольку.

– Спутников своих у тебя оставлю. А вот лыжи – попрошу.

– Дам, – охотно согласился конунг. И, понизив голос, добавил: – А скажи, эта девка, она валькирия?

Санёк улыбнулся:

– Не стану я тебе отвечать. Так скажу: бывает, боги награждают героев. И награды бывают… разные.

В общем, с конунгом договорились.

Застолье тоже как-то само собой иссякло.

Утром Санёк предупредил Фёдрыча, чтобы тот ни во что не влезал и Даху придерживал. Ну и отдарился как следует. Скажем, кольчугой. Той, что на нём. Невелика цена за то, чтобы просидеть последние сутки под защитой целого конунга. Да ещё уйти аккуратно. Без спецэффектов. Потому что есть у Санька ощущение, что придётся им сюда вернуться.