Иерусалим

Повернулся и в ту же секунду получил сильный удар в бок несущимся с потоком бревном. Как раз под занесенной рукой. Очень сильный удар: Большой Ингмар закачался, пытаясь сохранить равновесие, чуть не упал, но удержался и кое-как выбрался на берег, боясь посмотреть на последствия удара: наверняка грудная клетка вдребезги. Рот тут же наполнился кровью. Понял, что уже не может сделать ни шагу. Вот тебе и конец пришел, Ингмар Ингмарссон, успел он подумать – и потерял сознание.

Спасенные дети добежали до ближайшего хутора.

Оттуда пригнали телегу и отвезли Большого Ингмара домой.

Сбегали за пробстом. Тот просидел у постели весь день, а вечером, не заходя домой, направился к учителю – настолько надо было ему с кем-то поговорить.

Учитель и матушка Стина уже знали: Ингмар Ингмарссон окончил свой земной путь. Горевали, конечно, и очень удивились, услышав легкие, едва ли не пританцовывающие шаги пастора, никак не соответствующие грустному событию.

Разумеется, учитель спросил, успел ли пастор причастить умирающего.

– Да-да… но если Большой Ингмар кого-то и ждал, то не меня.

– Как это? – удивилась матушка Стина.

– Вот так. – Пастор загадочно улыбнулся. – Он, можно сказать, сам себя причастил.

Задумался и продолжил:

– Не так-то легко, скажу я вам, сидеть у постели умирающего. Особенно когда уже не десятого и даже не сотого.

– Да уж, наверняка тяжело, – согласился учитель.

– А особенно когда умирает самый, можно сказать, знаменитый человек в уезде.

– Это уж совсем…

– Но, знаете, располагаешь-то по-одному, а получается по-другому…

Пастор внезапно перестал улыбаться.

Задумался и довольно долго молчал. Матушка Стина с удивлением подумала: а с чего это глаза у пастора так и светятся под очками?

– А вы когда-нибудь слышали, Сторм? Или вы, матушка Стина? Слышали, что случилось с Большим Ингмаром, когда он был молод?

– Много чего хорошего я о нем слышал, – уклончиво ответил учитель.

– Это да… это уж, конечно, да. Но это… я и сам не знал до сегодняшнего дня.

И опять помолчал, а глаза засияли еще ярче.

– У Большого Ингмара арендовал надел некий…

– Как же, знаю. Тоже Ингмар. Отец так его окрестил из уважения к хозяевам земли. Его, чтобы не путать, называли Дюжий. Дюжий Ингмар. Дружили они с Большим Ингмаром.

– Именно так, Сторм. Дюжий Ингмар. И да – дружили они. Как-то раз… давно, когда Большой Ингмар был совсем молодым… в субботу вечером было дело. Короче, оба Ингмара приоделись и пошли в село развлечься.