Открой ум и сердце Высшей Тайне. Созерцательное измерение Евангелия

Ее суть – отозваться на призыв Святого Духа, согласиться на присутствие и действие Бога внутри нас. В основе ее лежит разновидность глубокой молитвы, которую Иисус предлагает в Евангелии от Матфея, 6:6:

«Если хочешь молиться, войди в свои внутренние покои, закрой дверь и молись Отцу твоему в тайне, и Отец твой, видящий в тайне, воздаст тебе» [1 - «Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно». – Синод.

пер.«А ты, когда молишься, уйди в свою комнату, закрой за собой дверь и помолись своему Отцу, который здесь с тобой незримо. И тогда твой Отец, видящий всё, что совершается тайно, вознаградит тебя». – Пер. с древнегреческого В. Н. Кузнецовой.].

Обрати внимание на то, как в этом тексте происходит переход ко все более глубоким состояниям безмолвия:

1. Оставить позади внешнее смятение, окружающую среду, в которой мы можем находиться, и текущие заботы, входя в наши внутренние покои (переходя на духовный уровень нашего бытия, уровень интуиции и духовной воли).

Закрыть дверь означает остановить и отключить внутренний диалог, который мы обычно ведем с собой весь день, когда судим, оцениваем, реагируем на людей и события, приходящие в нашу жизнь и уходящие из неё.

2. Молиться в тайне Отцу, который говорит с нами за пределами звучания слов.

Метод центрирующей молитвы отвечает на это приглашение:

1. Согласием на присутствие и действие Бога внутри.

2.

 Полным преданием своей воли Богу.

3. Связью с Богом, пребывающем в тайне, которая есть безмолвие «тебя».

По мере того как Бог во внутренней тишине дает жизнь «новому творению» (то есть, новому тебе) с мировоззрением, которое Христос передавал в глубоком безмолвии, Его видение вещей становится важнее, чем наше собственное. Далее Бог просит нас жить этой новой жизнью в повседневных условиях, полных беспорядка, противодействия и всевозможных тревог. Все это, по-видимому, докучает нам, и поэтому нас тянет к уединению ради наслаждения той тишиной.

Но мы должны столкнуться с превратностями повседневной жизни.

Чередование созерцательной молитвы и внешней деятельности постепенно объединяет их и устанавливает нас в созерцательном измерении Евангелия – новом, преображенном состоянии сознания.

Созерцательное измерение Евангелия проявляет себя в более глубоком единении с живым Христом и в действенной заботе о других, вытекающей из этой связи.