Паника-upgrade. Кровь древних

Надо серьезнее относиться к собственной безопасности, Олежек. Помни, чей ты брат. Ударят в меня, а попадут по тебе».

Сам Тенгиз даже в сортир не ходит без пары охранников.

Точно. Нанял какого-нибудь шутника и теперь прикалывается.

Ладно. Олег тоже любит шутки. Завтра он встанет пораньше, возьмет Лушку, выследит шутника и выяснит, откуда у этой шутки растут ноги.

Глава третья

Мертвая птица

Саянов проснулся от звона разбитого стекла.

В комнату вбежала Лушка. Ткнулась мокрой мордой в лицо.

Саянов поднялся. Зажег лампу.

Лушка с глухим рычанием обнюхивала что-то, лежавшее среди длинных сверкающих осколков.

Олег сунул ноги в сандалии (у него не было ни малейшего желания ходить по стеклу босиком) и подошел к собаке. Лушка звонко гавкнула.

На полу лежала мертвая птица. Побольше голубя. Яркий комок окровавленных перьев. Головка серая, с черным хохолком и красным изогнутым клювом. Крохотный черный глаз подернут мутной пленкой.

«Козы живут в пещерах, а дневные птицы летают по ночам, – подумал Олег.

Он взглянул на свою руку: ладонь была в крови. Что-то странное было во всем этом… Что-то несообразное…

Саянов еще раз осмотрел птицу, и его осенило! Тельце было холодным! И длинный разрез, пересекающий зеленую спинку, – не кровоточил. А ведь кровь на перьях была свежей!

Саянов выругался, вышвырнул трупик в разбитое окно и поспешил в ванную: эта кровь жгла его кожу!

Розовая вода заструилась по белому фаянсу.

Из комнаты донесся оглушительный лай. И снова – звон стекла.

Саянов выскочил из ванной… Не успел. Собака была уже снаружи.

Бросившись к окну, Олег услышал удаляющийся лай.

– Лушка, назад! Ко мне! – закричал он.

Но голос собаки уже потерялся во тьме.

Олег кинулся к двери… Но вовремя остановился. Плохая идея.

Саянов вернулся в спальню, сел на кровать, провел по лицу мокрыми ладонями.

Для начала надо успокоиться. Потом – прокрутить в уме все происшедшее, подробность за подробностью.

Саянов осторожно поднял с пола длинный осколок. Стекло было в четверть дюйма толщиной. Какой силой нужно обладать, чтобы разбить его птичьим трупиком, весящим от силы граммов триста?

Хотя почему он решил, что стекло разбито птичьим трупиком? Его могли сначала разбить, а уж потом забросить птичку…

Олег стащил с подушки наволочку, обмотал ею широкий конец стеклянного осколка. Какое ни есть, а оружие.

Саянов подошел к окну.