Заметки свободной души. Пробуждение

Просто предложил самостоятельно заняться этим вопросом, чтобы узнать, сколько их и для чего они нужны.

Ещё я рассказала ребятам о том, как моя бабушка увидела у себя в комнате зелёный свет, льющийся из окна. Толя предположил, что это всё из-за того, что мы с ней связаны общим родовым предназначением, в которое я сейчас погружаюсь, а бабушка по какой-то причине решила закрыться от этого и потому не возвратилась к нему в своё время. Это объясняет моё к ней отношение и то, почему между нами такая сильная сердечная связь.

Я была очень рада услышать подобное, ведь бабуля для меня и, правда, очень близка.

Встреча закончена, за спиной полтора часа знаний, но, как и в прошлый раз, всю терминологию и сложные высказывания я вынесла в Приложение.

После завершения разговора мы с Ринатом, перед сауной, успели даже перекусить «выходными вкусняшками». У нас с ним есть такая «традиция выходного дня» – мы покупаем вафельные десерты в шоколаде со вкусом варёной сгущёнки, кладём их в морозильник на полчаса, а потом «хомячим» с горячим кофе по утрам в субботу и в воскресенье.

Это всегда мне поднимает настроение и придаёт бодрость на весь предстоящий день.

Я опять была под впечатлением от разговора с ребятами и потому не стала откладывать в долгий ящик задание, связанное с ментальными телами, которое мне дал Анатолий. Находясь в тёплом пространстве инфракрасной сауны, я задала вопрос: «Что такое моё ментальное тело?» Ответ пришёл практически сразу. Я увидела тот светящийся овал с переливающейся бахромой разного цвета, который однажды уже представал передо мной в тот самый день, когда мы с Анатолием впервые вышли через туннель посмотреть на Землю.

Я открыла глаза и сказала Ринату, что задала вопрос, и мне сразу же начали приходить ответы. Но пока я ничего не понимала. Только одна картинка, и всё. Если ему интересно, я могу поделиться тем малым и непонятным увиденным, чтобы мы попробовали разобраться вместе. Ринат заинтересовался. Я описала ему происходящее, и он спросил: «А Вы правильно задали вопрос?» Его слова прозвучали для меня так, будто в руках у него были розги, а передо мной стоял не любимый и понимающий Ринат, а строгий учитель, который вбивает в своих учеников знания с помощью силы.

«Вы задаёте неправильный вопрос даже с точки зрения программирования», – продолжал он. Я не могла слушать его дальше. Мне вдруг стало так обидно, так грустно и непонятно. Прозвучал таймер, что пора выходить из парилки, и Ринат отправился омываться в душе.