Ищи Его

Качество было такое же или даже лучше того, что он продавал, почему это «нэнада» – он так и не объяснил. Ну хорошо, «нэнада», так «нэнада». Найдем, кому надо. Возвращаемся к машине – меня прошибает холодный пот: машина пустая. Осталось часть упаковки – штук 10 сумок из более чем 150. Украли! Возможно, следили – вскрыли машину, пока мы ходили. Долги. Зарплата не выплачена. В голове пронеслось множество черных мыслей и одна чуть светленькая: мы же молились! Это что такое? Такой ответ на молитву?

А что нам еще оставалось делать? Мы с Галиной встали прямо на дороге среди потока людей, склонили головы и молились о том, чтобы… Да я и толком не знал, о чем молиться.

Сумок нет, денег нет. В общем, помолились, представив все Богу. Открываем глаза – идет человек из охраны рынка. Обрисовываем ему нашу ситуацию. Он показывает нам направление – рядом отдел милиции…

– Мы, говорит, здесь только рынок охраняем, а с такими случаями только милиция разбирается.

Идем в отдел, объясняем ситуацию. Следующие часа 3—4 проходят у нас в письменных заявлениях-объяснениях нашей «пикантной» ситуации.

Сначала показания брала девушка-оперативник, лейтенант. Она долго и подробно нас опрашивала, что и как произошло. В конце концов, когда все было завершено, я спросил ее:

– А какая у вас раскрываемость подобных преступлений?

Ничего не сказала «золотая рыбка», лишь на меня посмотрела так, что я почти самоубедился, что я из инопланетной цивилизации, совершенно ничего не знающей о жизни здесь, на Земле.

Почему-то мне стало совсем плохо. Последние лучики надежды пропали. Но вот пришел еще один служитель фемиды – крепкого телосложения и средних лет:

– Закончили? – Оперативник, пробежав еще раз глазами по всем документам, посмотрел на меня:

– Ну че, все, давай дуй на рынок. Ищи свои сумки. Я что ли их тебе искать буду? Найдешь – позвони. Вот номер. Нарисовался путь – что делать дальше…

Черкизовский – это квадратные километры. Иголку в стоге сена проще найти! Молимся снова.

Ищем, молимся и ищем. Смотрю, бежит ко мне Галина. Глаза круглые. Нашла! Идем в этот контейнер. Лицо «восточной национальности», но не то, с которым мы договаривались о продаже, другое. Спрашиваем, указывая на наши сумочки: а это сколько стоит? Цена внушительная, явно не оптовая. Переглянулись, позвонили нашему оперативнику. Через минут тридцать он приехал в компании с несколькими сотрудниками, опечатали контейнер, забрали наши сумки и снова потащили нас в отдел.