Толкование Апокалипсиса

Точно такое же выражение употребляет святой апостол Павел, когда пишет галатам, что он принял Евангелие не от людей, но от Бога: «Возвещаю вам, братия, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа» (Гал. 1, 11–12). Комментируя эти слова апостола, святитель Феофан Затворник говорит, что святой Павел не упоминает, когда было дано ему это откровение, но в других своих посланиях он говорит, что восхищен был до третьего неба и слышал неизреченные глаголы (2 Кор.

12, 4); о Втором пришествии Христовом он говорит словом Господним (1 Фес. 4, 15); о Тайной вечери говорит: я от Самого Господа принял то, что вам передал (1 Кор. 11, 23). Судя по этому, и там, где он перед изложением существа Евангелия говорит: «я первоначально преподал вам, что и сам принял» (1 Кор. 15, 3), надо разуметь, что принял он это от Господа. Все такие указания обязывают нас признать, что все

Евангелие во всем своем составе было открыто святому Павлу непосредственно Самим Господом.

Очевидно, что то же самое можно сказать и о содержании книги святого Иоанна: все оно было открыто ему Самим Господом.

«которое дал Ему Бог» – в личности Христа соединены две природы, и соответственно им Он имеет два источника знания. Первый, через органы чувств и рациональность, – от человеческой природы, а второй, сверхъестественный, – от Божественной. Откровение, которое дается Иоанну, происходит из второго источника.

«чему надлежит быть» – слова указывают на преимущественно пророческий характер книги. Содержание прочих книг Нового Завета в основном вероучительное и нравоучительное.

«вскоре» – употребление этого слова применительно к эсхатологии не является неточностью или ошибкой, ибо книга Откровения, как никакая другая, написана с точки зрения вечности, а для вечности сколь угодно продолжительный период времени ничтожен. Пророк Давид говорит, что для Бога тысяча лет, как один день.

У святых отцов, а в наше время уже и среди ученых (К. Гедель) встречается мнение, что время есть не более чем величайшая иллюзия[14 - Об иллюзорности категорий пространства и времени говорили задолго до Геделя многие философы. См. также комм, на 6, 13 об иллюзорности материи.].

С другой стороны, содержание книги, как уже говорилось, имеет отношение не только к эсхатологии, но и к реалиям апостольской эпохи.