Лилии полевые. Крестоносцы

А ведь сам мужчина видный! Так что не говори пустого! Уж если делают тебе такое решительное предложение, значит, ты понравилась чем-то?

– Конечно, есть и хуже меня, – согласилась Дуняша, – но трудно поверить, чтобы этот самый Андрей Заведеев за всю свою жизнь не встречал ничего лучшего. Будь правдива, мамочка! В моей наружности трудно найти что-нибудь привлекательное, а хорошие, душевные качества если бы у меня и были, то случайный замаскированный семинарист едва ли успел в какой-нибудь час заметить и достаточно оценить их.

– Ну, об этом толковать много нечего! – начиная горячиться, заявила матушка. – Значит, что-нибудь да понравилось жениху! Решай вот, да отцу ответ дать надо. Видишь, требует безотлагательно. Диакона-то Гавриила Заведеева из Залесья, – задумчиво прибавила матушка, – я видела: видный мужчина. Если и брат похож на него, значит, он очень красивый. Так что ты скажешь, Дуняша? – остановилась она перед дочерью. – Ведь Сам Бог посылает жениха!

– Да я, конечно, не давала обет безбрачия, – раздумчиво ответила Дуняша.

 – Но заочно дать слово не могу. Как приедет, тогда и видно будет. За урода или за какого-нибудь неряху, а тем более за невоздержанного в напитках, прямо скажу, не пойду. Лучше век учительницей быть, чем всю жизнь переживать свою тяжелую, горькую долю с нелюбимым человеком.

В тот же вечер в Залесье было послано письмо. Отец Митрофан приглашал Андрея Ивановича к себе, уверяя, что он и его семья очень польщены предложением руки и сердца его дочери. Родители действительно были в высшей степени рады, что находится жених для Дуняши.

Ведь столько времени никто даже не изъявлял желания сделать малейшее поползновение в этом направлении.

***

– Вот не ожидал я от тебя, Андрей, что ты сейчас же по окончании курса пойдешь в священники! – с удивлением говорил диакон Гавриил Заведеев только что прибывшему к нему брату. – Ведь ты в Академию все собирался поступать. Что же ты изменил свое решение? Конечно, я рад и отговаривать тебя не стану, но все-таки хочется знать причину перемены таких давнишних намерений.

– Невесту боюсь прозевать, – весело заговорил Андрей Иванович. – И ей, и мне долго ждать не стоит. А священство для меня всегда было привлекательно. Значит, одно к одному, и откладывать не стоит. Невеста моя тут по соседству, – продолжал он, – в Белых Гарях. Отца Митрофана дочь. Я уже писал, что приеду на днях. Вот вместе с тобой и поедем.

– Что за сказки ты рассказываешь! – удивился диакон.