Лилии полевые. Крестоносцы

А самому делать распоряжения и давать направление всей семинарской жизни – другое дело. Повиноваться неизмеримо легче, чем безошибочно других призывать и руководить!

– Об этом говорить поздно, – сказал владыка. – А вот давайте помолимся сначала.

Тут же, в приемной владыки, в большом углу перед иконами стоял аналой, и на нем лежали крест и иерейский молитвослов.

Владыка возложил на себя епитрахиль и начал читать ектении из молебного пения «На всякое прошение», а отец Агапит, стоя на коленях, горячо молился о благопоспешении ему в предстоящем трудном служении.

– Ну, отец ректор, – начал владыка по окончании молебна, садясь на диван, – садитесь-ка и слушайте!

– Слушаю, владыка святый! – поклонился низко отец Агапит и тоже сел.

– В Н-ской семинарии в прошедшем году не раз были довольно сильные волнения, так что ректора, несколько строптивого и не в меру сурового, пришлось перевести на другое место. Вот вам прежде всего и совет: не следует быть очень суровым по отношению к воспитанникам.

А у Вас стремление к этому есть. Далее. Мало в этой семинарии церковности. А приучить к этому семинаристов у Вас тоже есть данные. Вот главное!

Владыка на некоторое время задумался.

А затем продолжил:

– Хорошо, что теперь каникулы. У Вас будет много времени для ознакомления со своими делами до начала учения. Сразу же заведите определенные порядки и следите за неуклонным их исполнением! Вот и все! – закончил владыка и поднялся.

Уходя, добавил, благословляя:

– Завтра побывайте у обер-прокурора Священного Синода и его товарищей.

Не мешает также зайти к председателю Учебного комитета и еще к кому найдете нужным или нелишним.

***

«Господи, Боже мой! С новым назначением у меня как будто все переменилось, – думал, любуясь недорогою, но блестящей митрой, новопроизведенный архимандрит Агапит, ректор Н-ской семинарии. – И камни красивые, как будто настоящие», – трогал он пальцами разноцветные стеклышки, украшавшие митру.

Взяв в руки большой архимандритский крест, он почему-то потряс его на ладони, точно хотел узнать приблизительный вес.

Затем не спеша перекрестился, поцеловал крест и позвонил в специальный колокольчик.

– Что прикажете, Ваше Высокопреподобие?

– Обед подавай! А потом укладываться надо, – однословно и официально отдал приказание отец Агапит.

Это вышло как-то само собой. «Да, все изменилось, – бросив еще раз взгляд на митру, стоявшую на письменном столе, подумал отец Агапит.