Миряне. Печальнейшая повесть

И в Царствие Небесное мы не можем войти потому, что нас не пускает горб нашего богатства! Нам есть чего терять и оставить это мы не можем!

Владыка Антоний (Блюм) в книге «Школа молитвы» говорит: «что такое земное богатство: зажал в руке часы, ты не часы приобрел, ты руку потерял!» Как нас враг всех поймал! Язычество – это неспособность отпустить руку. Не по вере разделяемся мы с язычниками, у нас среди христиан полно язычников. Христос, который предается язычникам первосвященниками, предается и распинается нами в церкви и сегодня.

Мы, в общем-то, все язычники! Та скорбь, которую Господь претерпел от язычников, от римлян, которые Его распяли и убили, происходит в церкви сегодня и происходила во все времена. Первосвященники убивали Христа потому, что им было что терять: у них была власть и имущество!

Как же было прискорбно Христу, когда Он идет на крест, а за Ним тащится хвост язычества, который за Ним втаскивается в церковь и остается здесь и до сего дня. Он идет распинаться за человечество, за людей, а за ним идут люди, которым есть что терять, которые думают только об одном: набрать побольше земной власти и богатства, и для которых Христос, к сожалению, является не целью жизни, а средством к обогащению.

Они идут становиться министрами богатого царя.

И Он говорит им: «вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими. Но между вами да не будет так: а кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою; кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом».

Монашество зарождается в IV веке, когда церковь становится чтимой, получает почет, славу, имущество от государства. А в ней по прежнему распинается Христос, Которого первосвященники и книжники отдают на поругание язычеству! В церкви воцаряется язычество всякий раз, как только она перестает быть гонимой!

Возникает монашество.

Монашество – это люди, которые не хотят участвовать в системе властвования над людьми. Они выходят не из Церкви, потому что Она есть Христос, но из среды языческой, которая притащилась в Церковь следом за Христом, идущим на крестную смерть.

Притащилась для того, чтобы примкнуть и наесться! Они выходят из этой среды. Монахи уходят в пустыню на смерть. Они идут туда, где нет имущества, где у них нечего отнять. Они умирают для мира. Они идут туда, куда «примкнувшим и наевшимся» идти не за чем. Там ничего нет, что можно было бы себе присвоить, и использовать, как используют Христа, как средство, чтобы пожить для себя.