Счастье ест. Любовь спит. Рецепты успеха для женщин. Как совместить семью и работу

А истина, которую мне удалось понять во время очередной конструкторской сборки своего сердца, гласит: не доводите чувства до безразличия, ведь они оттуда никогда не возвращаются. Именно поэтому необходимо подкармливать пламя страстей в наших душах, – это оно заставляет нас жить, творить и улыбаться.

Учитывая все вышесказанное, моя формула выглядит так: «любовь – это я». Простая основа, которая со временем обрастает всякими уравнениями и мини-формулами, понятиями и идеями, что приводит нас к таблице Купидона, где каждый элемент имеет свое место и разложен на составляющие.

Периодическая таблица купидона

Глава третья, сортирующая любовь по сроку годности

Елена

«Любви все возрасты покорны», – сказал поэт.

И тут же добавил первое веское «но»:

Но юным, девственным сердцам

Ее порывы благотворны,

Как бури вешние полям:

В дожде страстей они свежеют.

Спорить с Пушкиным не будем, напротив, подкрепим его утверждение мнением психологов: болеть любовью можно в любом возрасте, и в различные периоды жизни это заболевание протекает по-разному.

Первый интерес к противоположному полу проявляется еще в детстве – возникают особые симпатии и увлечения, которые запоминаются надолго.

Впервые я влюбилась, когда мне было пять лет, в Сережу Жолтикова. Жгучее чувство пришло ко мне одновременно с пониманием, что ВСЕ девочки из нашей группы детского сада неровно дышат к этому самому Сереже.

Я не помню, как он выглядел. Помню, как мы бегали по двору, играя в салочки… И я летела, как на крыльях, через клумбу, где хилые астры загибались в объятиях могучей крапивы… А великолепный Сережа Жолтиков сопел и топал позади, заставляя меня отчаянно волноваться в ожидании неизбежного прикосновения его крепкой, как деревянный совочек, ладошки к моим крыловидным лопаткам.

Я до сих пор волнуюсь и трепещу в ожидании первого прикосновения. И в том, что от него у меня обычно подкашиваются коленки, всецело виню быстроногого Сережу Жолтикова, ведь это он в той давней игре в салочки беспардонно обрушил меня лицом в лопухи! Должно быть, с годами рефлекс закрепился.

Впрочем, Сережу я разлюбила очень скоро и в один момент. В тот роковой день мы бок о бок скакали на деревянных лошадках, играя в красных дьяволят, преследующих белогвардейцев. «Будем двигаться быстро, но тихо!» – скомандовала я, а красный дьяволенок Жолтиков возразил мне: «Так не бывает!» Он не понял, что слово «тихо» в контексте сказанного означало «бесшумно».