Вечное сокровище: Свет Преображения

Почему именно стража? Вероятно, потому, что во время военных действий в лагерях и городах было принято ставить стражников, для охраны покоя спящих людей, на смену по три-четыре часа. Потом охраняющих меняли. Но это, так сказать, земные смыслы этого слова.

Отцы же Церкви считают, здесь имеется духовное значение. Первая стража ночи – то есть нынешнего мира – исчисляет время от Адама до Ноя; вторая – от Ноя до Моисея; третья – от Моисея до прихода Спасителя. И наконец, четвертая стража символизирует время Божественного Воплощения, когда родился Сын Божий во плоти от Пресвятой Девы Марии и принял страдания за род человеческий.

В эту стражу живем и мы с вами.

В четвертую стражу ночи – во времена нашей жизни настоящей – в отличие от будущей вечности – Иисус Христос истинно воскрес и дал обетование людям, всем верным, гласящее: Я с вами во все дни до скончания века (Мф. 28, 20).

Господь не тотчас пришел к ученикам Своим и избавил их от страха погибели, поскольку Он стремился научить всех людей не искать скорого избавления от невзгод и бедствий, но мужественно терпеть и переносить трудности, уповая на волю Божию и укрепляя души свои в подвиге.

Святитель Иоанн Златоуст поясняет: «Ученики, видевшие, как Иисус идет по воде, встревожились и думали, что это призрак. Господь и всегда так поступает: когда хочет прекратить бедствия, насылает другие, тягчайшие и ужаснейшие. Так было и в настоящем случае: кроме бури, и явление Христово устрашило их не менее бури.

Христос не рассеял тьмы и не вдруг открыл Себя ученикам, чтобы продолжительностью страха укрепить их, как сказал я, и приучить к терпению».

Вот так же и мы, братья и сестры, именно в скорбях жизни обретаем смирение и надежду на Божественную помощь. И Господь не просто наказывает нас за грехи испытаниями, очищает нас от наших греховных страстей скорбями, но и преподает урок терпения, смиряет пред необходимостью, непреложностью свершившегося.

Нам, несомненно, так хочется по нашим молитвам спокойствия, исполнения определенных желаний, а тут вдруг – одно бедствие за другим. А это – нам испытание. И при этом в нем никогда не будет нам послано Им больше того, что мы сможем преодолеть и вытерпеть. И какая бессмыслица в том, чтобы роптать и сетовать, обвинять во всем других, доходить даже до дерзновения в обвинении Бога.