Душевный лекарь. О борьбе со страстями

Это страсти, по которым действую: гнев тяжелое есть бремя, рвение, ненависть, тщеславие, осуждение, уязвление и оскорбление, высокомудрие, почитание себя праведным, командование, спорливость, самолюбие, похоть, оскудение сердца…

Христово же бремя легко: безгневная чистота, кротость, радость духа, воздержание страстей, любовь ко всем, рассуждение святое, вера непоколебимая, терпение скорбей, смотрение на себя, как на чуждого миру, желание изыти из мира и сретить Христа.

Страсти суть недуги души, ее язвы и струпы, отлучающие ее от Бога.

Страсти держатся одна за другую, как звенья в цепи.

Основание всех страстей – чревообъядение.

Преподобный Исаия († 370).

Чем привязан кто к миру, малым ли или великим, то и удерживает его и не позволяет ему собраться с силами. С какою страстью человек не борется мужественно, ту он любит, и она обладает им, и обременяет его, и делается для него оковами и препятствием уму его обратиться к Богу.

Преподобный Макарий Великий (IV век).

Страсти суть дверь, заключенная пред лицом чистоты. Если не отворит кто этой заключенной двери, то не войдет он в непорочную и чистую область сердца… Поэтому, если душа препобедит страсти, то приобретает чистоту.

Прежде всех страстей – самолюбие; прежде всех добродетелей – пренебрежение покоем. Кто тело свое предает покою, тот в стране мира причиняет ему скорбь.

Преподобный Исаак Сирин (VII век).

Самолюбие… состоит причиною всех страстных помыслов, ибо от него рождаются три главнейшие помысла вожделевательной части души: чревоугодия, сребролюбия и тщеславия.

Потом от чревоугодия рождается помысл блудный; от сребролюбия любостяжательный; от тщеславия гордостный; прочие же все следуют за каждым из сих трех., как-то: помысл гневный, печальный, злопамятный, унывный, завистливый, клеветливый и прочие.

Преподобный Максим Исповедник († 662).

Почему мы стали рабами человекам? Потому, что прежде мы стали рабами чрева, денег и славы – продали свободу, которую дал Христос, и хотя в дому Отца обителей много, но раб в дому Отца не пребывает.

Когда живы страсти, нам невозможно жить, но необходимо должно погибнуть. Если не успеем умертвить их здесь, то они умертвят нас там. Страсти никогда не насыщаются и не отстают, доколе уловленного ими человека не увлекут к диаволу. Такова сила страстей, что они требуют от пленников своих такого же рабства, в какое предался Христу Павел, презиравший для Него и геенну и Царство.