Азбука спасения. Том 32

Но и немощному, которому нужно еще возрастать, питаясь млеком заповедей, полезно также сожительство со многими, пока не обучится, не образуется, не постраждет от искушений, не будет падать и в большем числе случаев восставать и не приобретет душевного здравия.

Нет младенца, которого не питали бы потоками молока, и ни один монах, не быв воскормлен млеком заповедей, не преуспел, не препобедил страстей и не сподобился чистоты. А подобным образом и пустыня, как сказали мы, иногда полезна немощным и спасающимся бегством, а иногда и сильным: и первым, чтобы в них к разжжению и возрастанию страстей не заготовлялось того, что служит им пищею, а сильным – когда они окружены питающим страсти и сретили брани лукавого.

Действительно, как сказал ты, пустыня усыпляет страсти. Но от человека требуется не это одно – усыпить свои страсти, а и то, чтобы искоренить их, то есть преодолеть их, когда будут против нас упорствовать. Страсти же усыпленные пробуждаются, как скоро встречается причина прийти им в деятельность.

А как дознать тебе, говоришь ты, что не одна пустыня усыпляет страсти? Заметь, что во время болезни и великой немощи страсти несильно нападают на нас. И не это только, но даже нередко усыпляют они одна другую, когда одна другой уступают место. Ибо страсть тщеславия заставляет уступить ей место блудную страсть, и опять, страсть блудная укрощает страсть честолюбия. Не потому уже только будем желать пустыни, что усыпляет она страсти, но пожелаем, чтобы, при недостатке чувственного и в удалении от всех, умудриться нам в ней и чтобы обновился в нас внутренний, духовный о Христе человек, чтобы на всякий час быть нам наблюдателями над самими собою и чтобы ум наш соделался бодрственным и охранял себя ежечасно, и не похищалось у него памятование надежды его.

Христос… требует не делания заповедей, но исправления души, для которого узаконил заповеди подзаконным.

Хотя заповедей и много, однако же необходимо сохранять их. В противном случае Спасителю не нужно было бы и давать их.

Заповеди постановлены вопреки страстям, для уврачевания преступной души.

В душе не могут быть видимы добрые дела, каким научил Господь, если не будут сохранены заповеди.

Господь многим убеждает к хранению заповедей по любви, чтобы ими сообщался душе свет.

Заповеди не тяжелы для любящих истину.

Душа, не сохранившая заповедей, не есть здравая.

Что врачевство для больного тела, то заповеди для страстной души.