29 шагов. Чтобы выйти из Лабиринта

Дверь крепко заперта. Ставни на окнах с решётками. Избыточен Свет, а Тьмы недостаточно, чтобы выйти. Под запретом всё то, что бьётся в груди, лавой огненной клокочет, изнутри тебя выжигает.

Бьётся сердечное, стремится пролиться правдой, душевным порывом, слезами откровения. Но на всё – НЕТ. Всё – ЗАПРЕТ. Избыток Тьмы внутри, а Света в достатке нет. И вновь ВЫХОДА НЕТ.

Меришь шагами стены комнаты, двери считаешь, Жизнь свою коридорами измеряешь, улицами, вагонами да железными полотнами, дорогами, что без конца и без края…

Думы думаешь, взвешиваешь их, пытаясь на вес определить, ценность оценить, смысл найти, увидеть вблизи, рассмотреть снаружи.

На одной руке – вот оно, пёрышко, на другой всё то, что надумано.

Избыточно? Достаточно? Как тебе там, за дверями да за ставнями? Сколько клубков времени смотано, петель связано, мыслей накручено, узлов обнаружено. Недостаточно ли?

Шаг 3. Сердце устаёт

А сердце твоё устаёт. Биться, желая раскрыться. Устаёт оно соответствовать, слушать чьи-то нелепые оценки да замечания.

Много чего замечают вокруг, да тебе от этого что? Зачем ты его ранишь советами да приметами? Пулемётной очередью запускаешь, пугаясь теней.

Сердце устаёт! Слышишь? Не жить, а бить, доказывать чего-то тому и тем, кто не чувствует, не ощущает, не понимает и не желает знать.

Мир изменился. Ты ведь это чувствуешь, знаешь? Он теперь другой у нас. Живой, бьющий родником живительным из тьмы веков, раскрывающий правду тебе навстречу.

Готовый к твоим мыслям, идеям, откровениям.

Ждёт, когда наконец ты начнёшь строить свою реальность! Всё так, как ты давно хотела, но чего-то ждала.

Сердце твоё устало ждать, верить навязанным богам, слепо следовать за толпой, мечтать, уткнувшись в пропитанную слезами подушку.

Ставить цели, в которых ты не видишь смысла. Нужду подменять потребностью. Не думать о главном.

Оно устало. Слышишь?

Шаг 4. Страдаешь от засухи

Сколько лет ты не была дома? Сохнешь от засухи в длительной неволе. Где дом твоего детства? Где дом твоей Души? Ты медлишь слишком долго, чтобы вспомнить и уйти, найдя к нему забытую дорогу.

И потому сохнешь. Каждый раз за разом перебираешь листья календаря, переставляешь что-то на пыльных полках в попытках вспомнить себя.

Когда на твою пересохшую землю падают живительные капли дождя, мимолётную тёплую улыбку из сердца ловишь, делаешь глоток из родника и внезапно встречаешь рассвет, от изумления взмахивая ресницами, словно крыльями. И взлетаешь.