Находящемуся на одре болезни в подкрепление. По творениям преподобного Амвросия Оптинского

Для благосостояния тела требуются разного рода забавы и удовольствия; оно истощает нередко целые семейства, для него люди готовы иногда на труды всякого рода; а бедная душа едва имеет один час в воскресные дни для слушания Божественной литургии, едва несколько минут для утренней и вечерней молитвы, насилу собирает одну горсть медных монет для подаяния милостыни и довольна бывает, когда выразит холодным вздохом памятование о смерти.

Для здравия и сохранения тела переменяют воздух и жилище, призывают искуснейших и отдаленнейших врачей, воздерживаются от пищи и пития, принимают самые горькие лекарства, позволяют себя и жечь и резать; а для здравия души, для избежания соблазнов, для удаления от греховной заразы не делают ни одного шага, но остаются в том же самом воздухе, в том же самом недобром обществе, в том же самом порочном доме, и не ищут никакого врача душ, или избирают врача незнакомого и неопытного, и скрывают перед ним то, что уже известно и небу и аду, и чем они сами хвастают в обществах.

Когда умирает тело, тогда слышится скорбь и отчаяние; а когда умирает душа от смертного греха, тогда часто и не думают об этом.

Так мы не знаем достоинства души своей и, подобно Адаму и Еве, отдаём свою душу за красный по виду плод.

Почему же мы, по крайней мере, не плачем, подобно Адаму и Еве? Плач потерявших душу должен быть горестнее плача Иеремии, который, оплакивая бедствия отечества, взывал: О, кто даст голове моей воду и глазам моим источник слез! Я плакал бы день и ночь о пораженных дщери народа моего (Иер.

9, 1).

У нас же, большей частью, забота о стяжании благ, только, к сожалению, часто земных и временных, а не небесных.

Забываем мы, что земные блага скоропреходящи и неудержимы, тогда как блага небесные – вечны, бесконечны и неотъемлемы.

Всеблагий Господи! Помози нам презирать все скоропреходящее и пещися о едином на потребу спасении душ наш».

II

В мире скорбны будете

Вместе с грехом в нашу жизнь вошли скорби и страдания, которым в равной степени подвержены все люди – праведные и не праведные, верующие и не верующие, старые и молодые.

Вопрос человеческих страданий, а особенно страданий, как нам кажется, несправедливых, всегда вызывал и будет вызывать много вопросов. Тяжело бывает смириться со своими страданиями и страданиями своих близких, когда смотришь на них сквозь призму «здравого смысла» и «собственной безгрешности».