Дартрум

Это происходило повсюду, существа с горящим глазами набрасывались на людей, словно дикие звери, валя на землю и откусывая куски плоти от еще кричащих горожан. Роланд тащил своего друга за рукав связь этот ад, будто слепого щенка на поводке. Крики слились в один гул, он уже не мог различить отдельных воплей, складывалось впечатление, будто Кошмар обрел свой собственный голос.

Роланд заметил, как несколько стражников, вооруженных копьями отбиваются от своих товарищей, бесстрашно бросающихся на сталь. Толпа существ вынырнула из переулка и смела их, превратившись в копошащихся кусок рычащих и визжащих тел.

Дом был уже совсем близко. За поворотим улицы ждал родной переулок и небольшое здание, втиснутое между лавкой пряностей и оружейным магазином. Сегодня у отца был выходной, и Роланд наделся, что он не отлучился по срочным делам.

Вот уже рядом, совсем близко. Справа от парня рухнуло тело, обдав грязью из лужи. Им оказался женщина – соседка, которая иногда подкармливал его медовыми пряниками.

Альм что-то кричал, но он его не слышал, в голове пульсировала лишь одна мысль:

«ДОМОЙ! ДОМОЙ! К ОТЦУ!»

Родная дверь, Роланд ворвался в нее, втащив за собой неловко переставляющего ноги Альма.

– Папа! Папа! – парень кричал, надеясь, что родитель дома. – Папа, где ты?!

Из гостиной раздался звук, затем послышался вздох и скрежет отодвигаемого кресла, на котором любил отдыхать офицер стражи.

Отец стоял посреди комнаты спиной к нему. Руки безвольно свисали вдоль туловища, а голова была опущена на грудь. Меч с перевязью лежал на столе рядом.

– Папа! Там такое происходит! Люди сошли с ума, они накинулись на нас и других! О, папа, они рвали их на части! – из глаз брызнули слезы. Он стоял заливаясь слезами, Альм рядом тер глаза кулаками. – П-папа…?

Отец медленно, словно умирающий маятник, покачивался из стороны в сторону.

– Папа…

Существо, бывшее отцом повернулось, опалив Роланда желтым пламенем из глаз.

– Папа…

Отец бросился на него, парень отскочил в сторону, и зубы твари сомкнулись на горле Альма. Друг захлебнулся булькающим воплем. Роланд забрался под стол и закрыл голову руками.

Сквозь рыдания до него доносился хруст костей и вязкое чавканье. Краем глаза он видел подрагивающие ноги в детских башмаках и лужу крови, расползающуюся по полу.

Хруст.