Роса пустыни. 7 А Берешит, Шмот, Ваикра

Однако вряд ли знания того периода (не позже IV века новой эры) позволяли столь точно определить время смерти, особенно не по результатам внешнего осмотра, а по результатам вскрытия, не только при отсутствии знаний патологической анатомии (тогда еще не появившейся), но и просто при весьма ограниченных знаниях нормальной анатомии. Это непросто сделать сдостаточной точностью и в современном мире. Хотя отсутствие следов существенного кровотечения в месте проникающего удара могло свидетельствовать о свертывании крови (смерти) более раннем, чем когда был нанесен проникающий удар.

В другом месте Вавилонский Талмуд (трактат Бава Батра, 115а) рассказывает: случилось, что один человек продал имение своего умершего отца, а затем скончался сам. Другие члены семьи заявили, что поскольку на момент смерти он был несовершеннолетним, он не имел права продавать имение. Раввины тем не менее не позволили им подвергнуть тело медицинскому обследованию (отметим: обследованию, а не вскрытию. Определить возраст по вскрытию тогда явно не представлялось возможным, возраст совершеннолетия определялся наличием оволосения на лобке), чтобы определить его возраст.

«Позорить его вам не разрешено», – сказал рабби Акива. Отсюда мы учим, что запрещено любое воздействие на труп умершего человека, даже если это может привести к явно необходимым результатам (URL: http://www.ru.chabad.org/library/article_cdo/aid/2073454, дата обращения 17.01.2020).

По поводу приведенной выше цитаты из Торы о срочном захоронении казненного преступника (книга Дварим, недельная глава Ки Теце, стих 21:23) Талмуд (трактат Санhедрин, 47) разъясняет, что данный закон применим ко всем без исключения телам умерших людей, и запрещает любую форму осквернения любых трупов.

В том же трактате (Санhедрин, 46) детально обсуждается вопрос, почему не проводится вскрытия каждой жертвы убийства (не для выяснения соотношения времени смерти и времени предполагаемого убийства). Ведь если бы удалось выяснить, что погибший страдал смертельным недугом, убийце, быть может, не вынесли бы смертного приговора (еврейский суд крайне редко приговаривал преступников к высшей мере наказания).

«Любое вскрытие, – говорит по этому поводу рав Кагана, – не может полностью, со всей достоверностью исключить возможность наличия подобного заболевания, ибо существует вероятность того, что пораженный орган находится как раз в том месте, где скальпель входит в плоть [на самом деле это мало мешает посмертной экспертизе].