Изложение Христианской Православной веры

Если известная священная книга заключает предсказание о будущем и это предсказание в свое время исполнилось, то ясно, что указанное предсказание священной книги (а поэтому и другие ее места) явилось не иначе, как по вдохновению священных писателей от Бога.

Поэтому евангелист Матфей, приводя пророчество Исаии о рождении Господа Иисуса Христа от Девы, усвояет его Самому Богу, а пророка Исаию представляет не более, как только орудием или органом слова Божия: Сие же все бысть, да сбудется реченное от Господа пророком глаголющим: се Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил, еже есть сказаемо: с нами Бог (Ис.

7, 14; Мф. 1, 22, 23).

Возражения относительно чудес

Говорят, что чудеса не сообразны с премудростию Божией: в них Бог как бы поправляет Себя. Но в чудесах Бог не поправляет Самого Себя, а исправляет уклонения разумно-свободных существ от установленного Им нравственного порядка.

Говорят: чудеса расстраивали бы чин и порядок природы. Чудеса, известные нам из священной истории, никак не расстраивают чина природы, а препобеждают нестроение и восстановляют порядок, например, в исцелении болящих, в напитании алчущих, в укрощении бури, в воскресении мертвых.

Нищета, болезни, смерть и другие бедствия нашей жизни не предполагались в ней всеблагой волей Творца, а привзошли в нее вследствие грехопадения. Удаляя или ослабляя эти бедствия, Господь по неизреченной Своей милости приводит жизнь нашу к ее порядку.

Внутренние признаки сверхъестественного откровения суть: высота содержащегося в нем учения и чистота его.

Откровенное учение содержит в себе ответ на самые важные вопросы, над которыми задумывались величайшие мыслители и которых они сами без помощи свыше не могли разрешить, например: о существе Божием, о начале мира, о происхождении зла на земле, о назначении человека, о загробной жизни и пр. Разрешая эти вопросы, откровение вводит нас в глубочайшие тайны, превышающие человеческий разум; но сердце человека, не омраченное страстями, находит в них совершенное себе удовлетворение; и сам разум не может не видеть, в какой неразрывной связи и в каком стройном согласии находятся эти тайны между собой, дополняя и объясняя одна другую, и какой свет проливают они на все вопросы мысли и жизни человеческой.

Вообще истины откровения так высоки, что вполне непостижимы для самых глубоких мыслителей, и так ясны и просты, что доступны пониманию детей и могут быть переданы на их языке.