Отдай мою жизнь

Это всё ненастоящее.» – подумал Марат. Его внутреннее «Я» требовало срочно что-то сделать, требовало действий, а не понурого соглашательства с ситуацией. Но на этом мысленный бунт заканчивался, так как сил бунтовать не было. Редкие всплески злости тонули в отчаянной уверенности, что он не сможет ничего изменить.

В подъезде воняло еще хуже, чем на улице, из почтовых ящиков свисали какие-то бумаги, которые осыпались тут же на пол и, похоже, очень редко убирались. Навстречу прошла женщина, потом пробежали дети.

Проходя мимо него, они поднимали глаза и тут же опускали, пытались его обогнуть, держась подальше. Марат нажал кнопку лифта, дождался, пока этот скрипучий гроб спустится, и поднялся на шестнадцатый этаж. Так высоко он никогда не поднимался.

Коричневая облезлая дверь в квартиру открылась без проблем, ключи Марат нашел в рюкзаке. Там еще лежал коммуникатор, но конечно же не из его прошлой жизни, а чей-то чужой, не новый, потертый. Марат переложил его в карман. Еще в рюкзаке были документы и какие-то вещи, но изучить всё это было решено чуть позже.

Войдя в квартиру, Марат опустил рюкзак у входа и обошел новое жилище. Хорошо, что его предшественник жил один, иначе пришлось бы как-то внедряться в совершенно незнакомое общество. И это был бы верный провал. Марат и так держался на грани нервного срыва, постоянно хотелось то ли заорать, то ли заплакать.

Комната с серыми обоями в полоску, серый коридор, кухня в желтых тонах, зеленый санузел. Да у него дома гардеробная была больше, чем вся эта квартира.

В кухне между столом и плитой приходилось протискиваться боком. В комнате стоял диван, два шкафа и телевизор на тумбе. В коридоре вешалка с какой-то одеждой. Стены в санузле были просто окрашены краской, чего Марат вообще никогда не видел.

– Плитку что ли не мог купить, мудила. – сказал он, обращаясь к своему предшественнику, когда-то жившему в этой квартире.

Марат сел на диван, обхватил голову и просидел так какое-то время.

В этой давящей на психику серо-желто-зеленой квартире можно было сойти с ума только от её внешнего вида. И смена личности прекрасно дополняла картину безумия.

Как-то резко захотелось позвонить отцу, он схватил коммуникатор, по памяти набрал номер. Хотел было приложить комм к уху, но только стукнул себя по импланту. Теперь весь звук шел напрямую через имплант, а тело коммуникатора использовалось только для приложений, набора номера и видеосъемки.