Отдай мою жизнь

Марат тихо, чтобы не слышно было в коммуникаторе, сказал:

– Так, меня не снимай. А ты, Жмотяра, перестань нести чушь про режим. У нас у всех родители забыл откуда?

И снова сосредоточился на вождении. Скорость приближалась к 140 километрам в час, но автопатруль почему-то не отставал. Это была далеко не предельная скорость для «Гелика», но близко к пределу патрульных машин. Значит надо быстрее!

– Мы ведем свой репортаж… – снова начал Жмот вещать в камеру коммуникатора, пытаясь сделать какое-то подобие серьезного лица, но от синтетики в крови оно постоянно менялось.

Договорит он не успел. Сильный удар в заднее правое крыло оборвал его репортаж.

– Какого хрена! – вскричал Марат. Вот это уже выходило за рамки.

Компенсируя разворот автомобиля, он крутанул руль. Инга запричитала «Ай-яй! Ай-яй!» и вцепилась в ручку двери. Жмот завалился на Илая, и они завозились, пытаясь оттолкнуть друг друга. Марату удалось выровнять «Гелик», когда новый удар в то же место заставил содрогнуться железного коня и повел его по дороге уже боком в неуправляемом заносе.

Инга завизжала.

Марат сжал руль и судорожными движениями попытался выровнять машину. Но мокрая дорога и вес машины сделали её подобием метеорита, летящим почти по прямой траектории к своей конечной точке. И конечной точкой стал бордюр, до этого серой лентой сопровождавший машину. С ударом наскочив на препятствие сначала правым передним, а следом и левым колесом, автомобиль взмыл вверх, одновременно заваливаясь на левый бок.

Несмотря на огромную скорость, Марату показалось, что все происходит как в замедленной съемке. Инга полетела на Марата, все так же визжа на одной ноте. Музыка из шикарных динамиков несла ритм и мелодию дип-хауса, и женский голос пел что-то о полёте вокруг Солнца. Нота визга Инги не попадала в музыку. Сзади орал Жмот, и он был ближе к тональности. Полетели какие-то вещи по салону, стакан с напитком, до этого стоящий в подстаканнике, сумочка Инги и ее содержимое. Марат двумя руками так и держался за руль, боясь его отпустить. Никто в машине, естественно, не был пристегнут. Потом удар и темнота.

Марат очнулся. Машина лежала на левом боку, все так же играла музыка, фары светили в утренний туман. Инга мешком валялась на нем, мешая пошевелиться. Он кое-как спихнул её с себя, изогнулся и увидел Илая и Жмота, перекрученных на заднем сидении. Надо было как-то выбираться и осматривать повреждения машины.