Крепость и утешение

Будучи землею, я вместе с тем и лишен владения этою землею: похищают ее у меня различные страсти, в особенности насилующий и увлекающий меня лютый гнев; я лишен всей власти над собою. Кротость возвращает мне эту власть, вводит меня во владение моим наследием, моею землею, мною, моею плотью, моею кровью, моими порывами. «Кротции наследят землю и насладятся о множестве мира» (Пс 36:11).

Возобладав снова землею, начинаю желать неба; вхожу в новое состояние, устрояемое во мне благодатью, в новое блаженство; начинаю «алкать и жаждать правды» Божией, – не пустой, человеческой (Мф 5:6).

Правда Божественная явилась человечеству в Божественном милосердии и повелела нам уподобиться Богу совершенным милосердием (Мф 5:48), не какою другою добродетелью.

Милосердие никого не осуждает, любит врагов, полагает душу за друзей, соделывает человека богоподобным. Это состояние – опять блаженство (Мф 5:7).

Сердце, объятое милостью, не может иметь никакого помышления о зле; все помыслы его – благость.

То сердце, в котором движется одно добро, есть сердце чистое, способное к богозрению. «Блаженни чистии сердцем, яко тии Бога узрят» (Мф 5:8).

«Что значить чистое сердце?» – спросили одного великого наставника иночествующих. Он отвечал: «Сердце, по подобию Божества движимое безмерным чувством милости ко всем созданиям».

В чистое сердце нисходит мир Божий, соединяет дотоле разделенные ум, душу и тело, воссозидает человека, соделывает его потомком Нового Адама.

«Мир Божий» – удел святых Божиих: посредством святого мира, христианин, совершив поприще покаяния, примиряется с Богом, со всеми обстоятельствами, со всеми ближними, с самим собою; он соделывается сыном Божиим по благодати (Мф 5:9).

Мир Божий сопутствуется явственным присутствием в человеке Святого Духа; он – действие, плод Святого Духа.

Стяжавший в себя мир Божий способен к прочим окончательным блаженствам: к благодушному претерпению, к претерпению с радостью поношений, клевет, изгнаний и прочих напастей.

Стяжавший мир Божий не страшится внешних волн: на весах сердца его утешение благодатное уничтожило всю ценность земного великого и сладостного, всю тягость земного, скорбного и горького.

Осмотри величественную духовную лествицу блаженств евангельских, осмотри каждую ступень. Хорошо быть на высоте этой лествицы; но поистине блажен и тот, кто находится хотя бы на первой ее ступени.