Дасквинг и Отмеченный Драконом

 – Еще несколько минут назад все было так просто… Зачем ты остановил свой злополучный фаербол?

Его собеседник снова ничего не ответил, но дасквинга это ничуть не смутило. Он продолжал:

– Итак, что мы имеем? Элитный боевик на службе у Империи и драконорожденный—террорист, укравший самый могущественный источник магической энергии в мире. Хороша парочка, ничего не скажешь.

Парень молчал.

– Каждый из нас пытался другого прикончить, каждый из нас имел реальный шанс это сделать, каждый предпочел почему-то избежать убийства, – многозначительно произнес Толга.

 – И что дальше?

– Мне без разницы. Ты даже не представляешь, что ты натворил, прервав заклятие портала… Ты убил Карима… – бесцветным голосом прохрипел Ян и вдруг прервался. – Но я почему-то не смог тебе отомстить. Кишка оказалась тонка. Значит, я слишком слаб, чтобы выживать в этом мире. Можешь делать со мной, что хочешь.

Дасквинг задумался и кинул взор вдаль, подыскивая нужные слова. Затем он внимательно посмотрел на парня и сказал:

– Мы оказались по разные стороны баррикад врагами, этот факт уже ничего не изменит.

Когда я смотрю на тебя, иногда мне хочется выхватить клинок и сделать то, на что мне несколько раз уже не хватило решимости. Но у меня уже были эти возможности на руках неоднократно. Что-то остановило меня… Итого, я не смог убить тебя четырежды. А значит, вероятно, не сделаю этого и в будущем. Тебе я также предоставил сейчас возможность меня убить, но ты не воспользовался ею. И это все ужасно усложняет. Я хочу ненавидеть и презирать тебя, но твои последние поступки мешают мне это делать. Однако все это дает маленький шанс на то, что внутри у тебя еще не окончательно все сгнило, и у тебя были какие-то мотивы.

Толга помолчал, тщательно пытаясь сформулировать свою мысль как можно более правильно. Чтобы дошел смысл.

– Если портал сработал так, как я думаю, то он убил всех тех, кто остался на поляне. Дорогих мне и тебе людей. И…

– Среди них был ТОТ, КТО БЫЛ ТЕБЕ КАК ОТЕЦ? – перебил его юный чародей и неожиданно закашлял кровью от такого непомерного для него сейчас усилия.

– Нет, но…

– Остальное не имеет смысла, не продолжай, – прервал его Ян, вытерев подбородок от крови.

– Но среди них были мои братья. Были те, кто когда-то давно, когда я был очень одинок и несчастен, стали моей единственной семьей, – все-таки закончил свою мысль дасквинг.

Парень долгое время лежал, глядя куда угодно, но не на Толгу. Дасквинг тоже отвел взгляд и уставился в небо.