Дасквинг и Отмеченный Драконом

Хотя… Быть может, их дети от самого своего сотворения были ущербными и порочными, и прав был Георган, когда предложил просто уничтожить их всех и создать заново, отняв свободу воли?

Нет! Они уже избрали свой путь. Генемон, как и все драконы, знал, что грядет нечто поистине ужасное. То, что может уничтожить саму суть вселенной. Битва, которая приведет их либо к вечному процветанию, либо к полному уничтожению. Для победы в этой битве сил Великих Драконов было слишком мало. Им требовались союзники, и именно поэтому и было решено создать смертных.

Дать им часть своей силы, направить и обучить. Каким прекрасным и простым казался тогда этот план…

Однако, Генемон не привык долго сожалеть о былом, а потому запретил себе думать о прошлом и сосредоточился на полете. Драконы уже избрали свой путь и будут его придерживаться. Слишком поздно метаться и думать, как могло бы быть. Не стоит тратить свое время и мысли на то, что уже далеко позади. Вместо этого Генемон вместе со своим братом и сестрами собирался попытаться направить смертных на истинный путь еще раз.

Конечно, разработанный драконами план был невероятно рискованным, и полагался на множество факторов. Однако в случае успеха… Они бы получили шанс. Тот самый шанс, который позволил бы живым одержать победу в великой битве за мироздание.

Глава 1. Видение

Могучий дасквинг сидел на камне, подперев голову рукой. Его обыкновенно коротко остриженные русые волосы уже успели немного отрасти, и теперь их ласково трепал ноябрьский ветерок.

Взгляд карих глаз воина был направлен в сторону полосы леса. Пальцами дасквинг ритмично постукивал по лезвию клинка. Мужчина выглядел задумчивым.

– Эй, Толга, чего сидишь и киснешь? Иди к нам! – позвал его Лаур. – Посиди у костра, согрейся!

Толга пришел в себя и, поднявшись на ноги, зашагал в направлении костра, чтобы присоединиться к другу в поздней ночной трапезе. Дасквинги сидели в кругу за магическим костерком, который не издавал дыма – чтобы можно было готовить пищу и не бояться быть обнаруженным возможным врагом – и бодро наминали поджаренную оленину.

Лаур же сидел в центре круга и сосредоточенно занимался мясом. В ночи огни костерка весело играли на собранных в конский хвост темно-коричневых, почти черных, волосах предводителя дасквингов, превращая их в пламенную гриву.

Как только Толга подошел, Лаур тут же поднял взгляд; его оранжевые, словно у ястреба, глаза встретились с карими глазами друга.