Слепой Орфей

Елена рассмеялась, и от звука ее смеха Шведов пришел в необычайное возбуждение.

– Вы храбрый человек, Виктор,– проговорила Елена, обворожительно улыбаясь, и наполнила свой бокал.– Вам налить?

– Да, но не этой патоки. Как вы красиво двигаетесь, Леночка. Как танцовщица.

– Я и есть танцовщица. Храмовая танцовщица.

– И где же этот храм? – светским голосом осведомился Шведов.

– Не скажу,– засмеялась Елена.– Ваша водка…

Шведов проглотил водку, поймал ее запястье, поднес к губам.

– Ты меня очаровала, ведьмочка! – решительно заявил он и потянул ее к себе, но Елена ловко высвободилась.

– Виктор,– произнесла она холодно.– Там внизу – труп твоей жены. И любой в этом доме может оказаться в соседнем холодильнике. И самый уязвимый – ты!

– Я так не думаю,– процедил Шведов.– Я играю…

– Это не твоя игра! – перебила Елена.– Ты не знаешь ее правил. Но ты… очень интересный мужчина!

Быстро наклонившись, женщина поцеловала его в губы и так же быстро отстранилась.

– Будь благоразумен,– попросила она.– Пожалуйста!

Шведов встал.

– А я не хочу быть благоразумным! – заявил он и шагнул к женщине.

В этот момент в гостиную вбежал бодигард.

– Виктор Иваныч!

– Выйди,– не оборачиваясь и не повышая голоса, приказал Шведов.

– Но, Виктор Иваныч…

– Выйди!

– Машины нет! – выпалил охранник.

– Вон!!! – рявкнул хозяин, и бодигард пулей вылетел за дверь.

Пристально глядя на Елену, Шведов произнес:

– Я не знаю, что тут происходит.

– Нет.– Елена покачала головой.– Забудь свои привычки.

– Зря ты так разговариваешь со мной,– процедил Шведов.– Я знаю, как обращаться с женщинами!

Он стоял, возвышаясь над Еленой, расставив ноги, агрессивно наклонив голову. Его руки в карманах пиджака сжались в кулаки.

– Со мной нельзя так разговаривать! – с угрозой произнес Шведов.

– Да,– сказала Елена, отступив на полшага и опершись на спинку кресла.

Она улыбнулась, но на сей раз улыбка не смягчила ее лица, а, наоборот, придала ему остроту, что-то волчье…

– Виктор! – произнесла женщина низким вибрирующим голосом.– Я не из тех, с кем обращаются!

Шведову от ее голоса стало не по себе. Кулаки разжались.

– Со мной не обращаются, Виктор! Это я обращаюсь!

Поза Шведова утратила бычью напористость, а лицо вдруг стало растерянным, даже глуповатым.