Азбука спасения. Том 27

Может быть, умолю я Бога моего о помиловании меня, и избавит Он меня во время земной жизни из темницы греховной, а когда совлекусь тела и уйду в землю, избавит от заключения в темницу адскую, которая узников своих томит и держит в своем страшном и душном мраке вечно. Текут час за часом, день за днем, сменяются стройной чередой недели, месяцы, годы. Настоящее непрестанно делается прошедшим, и то, что стояло пред ним и виднелось в отдаленной будущности, настоящим непрестанно приближалось к отшествию отсюда.

Взгляну иногда из окон моей кельи на ту скромную картину природы, которая видна из них, и ощущаю, что взоры мои взоры гостя.

Здесь все уже чуждо мне, другая страна, неведомая мне, ожидает меня. Соглядал я ее только верою, но я уже при вратах ее. Внезапно и мгновенно врата эти могут отвориться.

Отворятся они непременно, отворятся неизвестно когда. Земная жизнь каждого человека путешествие. Путешествуют от колыбели к гробу, проходят чрез различные возрасты, чрез различный образ мыслей, чрез различные ощущения, чрез различные обстоятельства.

Нагими входим на поприще земной жизни и ложимся в гроб, оставив все вещественное, приобретенное во время земной жизни, лишь прикрытые необходимою одеждою, в которой нуждается не нагота наша, в которой нуждаются взоры созерцающих наше погребение.

Что уносим мы в вечность?

Очевидно усвоенный образ мыслей, усвоенные ощущения. Вижу себя схваченным и держимым разбойниками. Они связали меня крепкими веревками, оковали тяжелыми цепями, привили ко мне неисцелимые недуги.

Что странно: я сам помогал им совершать надо мной ужасное злодеяние. От болезненности я пришел в расслабление, потерял способность к деятельности. Ощущаю, что жизнь едва жива во мне.

Окован я оковами внутри меня, в душе моей. Оковы отняли у меня возможность к движению, разбойники приставили ко мне неусыпную и неумолимую стражу. Болезнь моя – многообразная греховность, язвы мои – страсти, железные цепи – это греховные навыки, насильно влекущие к совершению ненавистных мне грехов.

Разбойники – духи злобы. И сам не имею сил, и они не дают мне возвратиться в Иерусалим. Не дают сосредоточиваться в сердце помыслом рассеянным и скитающимся по Вселенной без нужды и цели, не дают мне там в Храме истинного Бога поклониться духом и истиною. Нет во мне свидетельства жизни, которая бы всецело заключилась во мне самом, я подвергаюсь совершенному исчезновению жизненной силы в теле моем. Я умираю.