Восстановление развалин Эдема

Интересно, что Елене, моей жене, на тот момент было 17 лет, но лет с 16ти она почему-то стала всем говорить, что выйдет замуж в 18 лет, и что ее муж будет спортсмен и музыкант, непьющий и некурящий. На что ей со смехом отвечали, мол, где ты в наше время видела музыканта, который бы не пил и не курил? Когда Лена увидела меня, то подумала, что парень симпатичный, но не совсем в ее вкусе. Я же, напротив, когда ее впервые увидел, у меня екнуло сердце, и я сразу понял, что встретил ту, которую искал. Это не была любовь с первого взгляда.

В тот вечер мы познакомились, и почти сразу в процессе нашего разговора, она выяснила, что я без вредных привычек, и когда поняла, что я спортсмен и музыкант, и что я не пью и не курю, ее сердце взволнованно забилось. Мы тогда еще не знали Бога, но в ту ночь ей было во сне трижды сказано: «Это твоя судьба», отчего она просыпалась каждый раз и говорила: «Нет, этого не может быть. Он слишком хорош для меня». Однако на следующей день я пришел к ней в гости (она жила на другом этаже в том же общежитии), и уже на третий день я сделал ей предложение.

Я это рассказываю, чтобы показать, что у меня достаточно оснований полагать, что наш брак был предопределен свыше, и поэтому, услышав историю про то, как Бог проговорил к моему другу, я всерьез задумался. Одно дело осознавать, что Бог – это твой любящий Небесный Отец, а другое – что Он твой Небесный Тесть, и что моя жена – это Его любимая дочь, и если я с ней неправильно буду обращаться, то Он с меня спросит уже не как мой Отец, а как ее Тесть.

С этого момента мое отношение к Лене стало радикально меняться. Теперь, когда она что-то начинала говорить, я уже не отмахивался от нее, типа, мало ли, что там говорит женщина, а прислушивался внимательно, ведь это говорит Дочь Бога! Видимо, моя внутренняя перемена стала заметной и снаружи, уж не знаю, как там это женщины чувствуют, но я вдруг стал слышать от нее то, чего раньше никогда не слышал, к примеру: «Вот теперь я чувствую, что ты меня любишь».

На такие ее реплики я задумывался: «Странно, я же ничего особенного не делаю. Я даже меньше, чем раньше, дарю ей цветы, или делаю какие-то еще специальные знаки внимания». Но, видимо, как я уже говорил выше, вопрос не только в том, что мы делаем внешне, а еще и в том, как мы относимся внутренне.