На Господа уповах. Жизнеописание старца Иоиля

Илия простер правую руку и, начертав в воздухе знак

Честнаго и Животворящего Креста, произнес: «Да запретит тебе Господь, диаволе!». И жук мгновенно упал.

Всегда ли мы понимаем, откуда исходит все удаляющее нас от слова Божия и разрушающее благочестивое расположение души?

Фотис, постоянно стремившийся уяснить пути Божии, возрастал в духовном познании. Видя, сколь постоянен его учитель в покаянном подвиге, он и сам возлюбил постоянство и решил целиком посвятить себя Христу, сделаться служителем Его спасительного слова.

Сам отец Илия говорил об этом так: «Решение целиком посвятить себя Богу – это пламя, какое человек никогда не сможет зажечь сам, сколько бы ни пытался. Его зажигает лишь Бог. И потому не человеку угашать это пламя в себе самом или в других!».

Пятнадцати лет отроду Фотис тайком убежал в монастырь. Родители искали его и, отыскав, вернули домой при помощи полиции со всеми вытекающими отсюда последствиями:

– Ты еще мал своевольничать!

– Ладно же! Вот вырасту – и попробуйте только помешать мне…

Так и случилось.

Как он постился

В школе Фотис был известен своей ранней склонностью к подвижничеству. Это сделало его предметом пререканий[1 - Ср.: Лк. 2, 34. (Сноски, авторство которых не обозначено, принадлежат издателям.)]. И немудрено. Ребята четырнадцати – шестнадцати лет не могли понять юного аскета, который постоянно носил в кармане какое-нибудь лакомство вроде жареного гороха, но никогда к нему не притрагивался. Они обожали сладости – Фотис их избегал.

Они радовались, разглядывая в зеркале свои налитые мышцы и румяные щеки, Фотис же, напротив, повторял за Апостолом: если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется (2 Кор. 4, 16).

А позже он постился так, что однажды, уже будучи студентом богословия, оказался не в состоянии влезть на трамвайную подножку! Пассажиры трамвая подхватили его под локти и с громким смехом принялись втаскивать внутрь: «Давай-давай! Еще одна попытка!». Но подобные насмешки – лишь малая доля того, что терпят желающие жить благочестиво во Христе.

Воинская служба

Призванный в армию, он и там ни в чем не изменил своих обычаев. Постился как прежде: хлеб, оливки, чай; к мясу не притрагивался вовсе. Никогда не пел ни военных, ни народных песен, а когда рассерженные офицеры требовали объяснений, отвечал: «Голос нужен мне лишь затем, чтобы петь Господу и возвещать славу Его».

Воинская служба Фотиса прошла почти целиком в Малой Азии.