Кровь на бумагах. Наперегонки

Справа располагалась небольшая кухня с двумя тумбочками, холодильником и плитой. Над одной из тумб висел цветастый календарь в стиле пин-ап. Девушка в синем комбинезоне, еле скрывающем её прелести, склонилась над поломанной машиной. Левую стену почти полностью оккупировали книжные полки, доверху забитые книгами. Полки эти напоминали ковчег. Здесь нуар Хэммета соседствовал с масштабностью Толстого, на которого косо глядел сентиментальный Диккенс. Стену напротив входа занимали карты, отчёты разведки, снимки местности, что делало эту часть комнаты похожей на небольшой командный центр.

А правую часть этой стены занимали фотографии. Стена памяти. На Джона уставились взгляды уже давно умерших людей. И хоть на фотографиях люди казались весёлыми и непринуждёнными, ему всегда казалось, что они смотрят на него с укором. По соседству с фотографиями из стены торчал нож рядового Кука, первого погибшего на Гуадалканале. С ножа свисали личные жетоны павших. Своим перестукиванием они предостерегали от необдуманных решений.

За одним из столов сидел Ал, разбиравший бумаги.

Бросив короткий взгляд на капитана, он кивнул на его стол, заваленный бумагами:

– Там тебе почта пришла. В основном сводки с фронта, ничего интересного. Слева телеграмма на твоё имя.

– Ясно. А ты оперативно бумаги оформил. Бойцы уже при снаряжении, – Джон подошел к столу. Между поверхностными отчётами и расписанием трансляций боксёрских боёв на ближайший месяц лежал жёлтый конверт.

– Миллера благодари, он всё заранее оформил, – усмехнулся лейтенант, бросая взгляд на конверт: – Что там?

– От Полковника – коротко бросил Джон, водя взглядом по строкам:

«Капитан Бейкер… на вас возлагается огромная ответственность… в предстоящей схватке вы должны на деле подтвердить славу роты… Не посрамив моего и своего имени… Желаю удачи при выполнении особо важных заданий…».

Полковник курировал роту с самого начала. Он был смотрителем в приюте, позже планировал операции, но он быстро забросил это дело, спихнув всё на капитана Грэхема, тогдашнего командира роты.

– Всё, как говорил генерал.

– Да? И что же он сказал?

– Теперь мы помогаем немцам разгребать их дерьмо, вот что он сказал, – Джон скомкал письмо: – Немецкий штаб подбросил нам халтурку. Вот, держи, – на стол к лейтенанту полетела папка с деталями предстоящей операции.

Пока Ал рассматривал документы, Джон отправил письмо в корзину:

«Удачи он желает! Конечно, ему легко говорить. Он сейчас сидит в чёртовом Далласе, потягивая бурбон».