Килограмм поддержки

Если я в хорошей форме, и для меня плюс-минус 10 км не проблема, то я не буду так уж тщательно высчитывать общую протяжённость пешей экскурсии. Если мне нравится знакомиться с людьми, то я не буду заранее заучивать вопросы, которые можно задать при первой встрече.

Что происходит, когда мы пытаемся действовать в той сфере, в которой у нас на данный момент уверенности маловато? Мы всеми силами стараемся избегать неопределённости. Как? Очень просто: всё должно быть ясно, предсказуемо и однозначно. Чтобы отважиться пойти туда, где у меня мало возможностей опираться на себя, ситуация должна быть определённой, однозначно благоприятной.

Я начинаю упрощать мир, превращая его в очень простую чёрно-белую картинку: всё или хорошо, или плохо. Причём «хорошо» – означает так, как мне надо, так, как я могу это переварить, так, как мне доступно.

Собираясь рискнуть, я хочу по максимуму просчитать и исключить всё «плохое»: native speaker говорит «плохо», потому что мне трудно его понимать. Реакция? Я не понимаю этих местных, больше я сюда не поеду.

Это отвержение, страна выкрашена в чёрный цвет и забракована. Всё. Точка. Приговор вынесен и обжалованию не подлежит. Полегчало? Да. Тема поездок закрыта.

Определённость наступила. Стало спокойнее. Но круг жизни сузился. Стало безопаснее, но скучнее. Так мы можем позволить нашей жизни сжиматься и таять на глазах, как шагреневая кожа. Но так легко мы не сдаёмся – мы боремся, мы ищем и находим другой вариант, «хороший» – не такой, как тот, «плохой». Возлагаем надежды, идём навстречу и… снова разочаровываемся.

Закоренелые чернушники, раз и навсегда отвергшие в обиде весь белый свет, встречаются, конечно. Но чаще очарование и разочарование сменяют друг друга.

Англии и англичанам, в сущности, всё равно, понимаю я их или нет. Поэтому возьмём пример, когда наши чёрно-белые игры более тесно затрагивают другого человека.

Допустим, у меня проблемы с друзьями, не получаются хорошие стабильные взаимоотношения. Это моё слабое место. Что я могу делать?

План А: идеализировать нового друга, делать из него «беленького», на всё, с чем мне трудно, закрывать глаза и искренне делать вид, что этот человек прекрасен и непогрешим, как папа римский.

Но жизнь есть жизнь. Идеальных людей не бывает, мы все чем-то цепляем и раним друг друга, даже того не желая. Читать мысли большинство из нас тоже не умеет. Мы можем не понимать друг друга, судя и меря по себе. И вот со временем все эти шероховатости и недопонимания накапливаются.