Рельсы, рельсы

Отступать было некуда – за нами была жизнь твари немытой. Я воткнула вилку чудовища в розетку, нажала на «вкл» и через пять секунд выключила. Мне нужно было пережить полученный опыт. Агрегат рычал, как Балрог в чертогах Мории. «Давай пройдемся» – сказала я псу. Он радостно согласился.

Надо признаться, в прямых линиях агрегата, в его правильных углах и деталях, плотно пригнанных друг к другу, была своеобразная красота. Втайне я всегда понимала любовь мужской части населения к разным железякам и шестеренкам.

До встречи с плиткорезом я побывала в Музее ремесел в Париже и насмотрелась там на инструменты и приборы, упорно стремившиеся к совершенству, прямолинейности и лаконичности. Но моими любимыми железками всегда были рельсы. Две прямые линии, уходящие вперед, бесконечно вперед, и очевидно созданные в симбиозе человека и природы в ту пору, когда природу еще уважали. Человек принес прямоту, которую природа не любит. Человек любит попадать из точки А в точку Б кратчайшим путем, из начала истории в ее конец через логичные остановочные пункты, и человек любит знать или хотя бы догадываться, куда дорога его ведет. Жизнь больше похожа на цепочку собачьих следов: вот тут зверя увлек интересный звук, здесь он обошел горячий камень, а затем сделал петлю, чтобы напиться из ручья. Так и наша жизнь – всего лишь путаная цепочка следов существа, не ведающего, что увлечет его в следующий момент. Я, например, никогда не думала, что уеду со строгого Урала с его морозами в южную духоту. Я, с моей нелюбовью к жаре и тягой всегда жить там, где пульсирует жизнь, пусть потихоньку, но чувствуя ее несмолкаемый ритм в гуле улиц, трелях трамваев и чужих голосах. И всё же я оказалась на юге, это и есть моя петля, и пока я не знаю, куда должна проложить цепочку дальше… Но обо всём по порядку.

Когда мы с псом вернулись с прогулки, плиткорез всё еще угрожающе занимал полкомнаты. «А ты как думала?» – съязвил внутренний критик. «Ой, да заткнись ты».

Под пристальным взглядом рыжего я взяла одну плитку из попорченных ранее и положила на платформу. Нажала на включение и снова содрогнулась от жуткого рева, но на этот раз крепко взялась за ручку и прокатила пилу вперед. Плитка послушно, а главное, ровно распалась на две половинки. Искры летели, агрегат скрежетал. Я снова выключила аппарат – мне нужно было время пережить случившееся. Я смотрела на него со смесью восторга и недоверия: похоже, получится.