Онтологический трагизм бытия

Пока и поскольку человек существует (и сосуществует), не есть ли основа нашего сосуществования сосочувствие обреченных? Вспомним у Марины Цветаевой:

– Еще меня любите

За то,

Что я умру…

И может быть, тогда – Вопреки всему – будет легче встретить Конец с мудрым пониманием: «Достиг кончины, ради которой родился». Это уже Аристотель.

Размышления постороннего[6 - Опубликовано в источниках: журнал «Путь домой». 2004. № 2 (14). С. 6–7; журнал «Пчела». 2004. № 4 (44) – С.

 9–10.]

Я с детства (!) – либерал (не по В. Жириновскому), космополит (и, как говорил К. Маркс, «горжусь этим»), принципиальный противник смертной казни. Я не политик и не политолог (отсюда – название текста). Голосовал я всегда за «Яблоко» и «яблоковцев», что неудивительно, ибо я – «интеллигент со стоптанными ботинками», по совершенно верному определению г-на Рогозина. Мой девиз: «Свободный человек в свободной стране!»

Лучшее время моей жизни – горбачевская перестройка (с «Московскими новостями» Е.

Яковлева, «Огоньком» В. Коротича и т. п.). В 1990 г. меня первый раз в жизни (в 56 лет) выпустили в «капиталистическую» страну, Швецию. Я в это не мог поверить, пока самолет не поднялся в воздух, а когда оказался в Стокгольме, не было человека счастливее меня… С тех пор я побывал почти во всех европейских странах, а также в Японии и Корее, в Австралии и Новой Зеландии, в Бразилии и Чили, в США и Таиланде, но воспоминания о первом глотке свободы остались навсегда.

Но и в самый разгар перестроечной эйфории я знал и говорил ближним (прежде всего, другу, жене, помощнику – Наташе), что это ненадолго, ибо в этой стране никогда ничего хорошего быть не может. Тем не менее была маленькая надежда: на мой век хватит; может быть, чаша возврата к привычному российскому рабскому существованию минует меня. Не миновала.

Поражение «Яблока» и СПС, конечно, трагично. Но оно лишний раз подтвердило «своеобразный» характер России и менталитета ее народа.

Трагедия современной России имеет давние корни. Россия никогда не была демократическим государством, никогда не была правовым государством. Менялись деспотические режимы – княжеский, царский, императорский, советский, но народ оставался бесправным, забитым, нищим, влача рабское существование. Это понимали лучшие представители российской интеллигенции. П. Чаадаев писал в 1854 г.