Секретная миссия в Марселе. Один год из жизни Вариана Фрая

Возникла целая сеть подпольных организаций всякого рода, включая и французские ячейки Сопротивления. Как следствие, в город нахлынула волна доносчиков, шпионов, нацистских агентов, разыскивающих людей по гестаповским спискам, а порт находился под присмотром итальянской комиссии, созданной по условиям военного перемирия с Италией.

В первые годы правления вишисткого правительства, вследствие непосредственного отсутствия немецких войск, еще наблюдалась некая свобода передвижения, но позднее власти ввели специальное удостоверение, лишь имея которое можно было передвигаться.

До конца сентября 1940 года эмигранты и иностранные подданные чувствовали себя относительно спокойно. Но затем посыпались разного рода ограничения. Например, Акт от 27 сентября 1940 года констатировал «перенасыщенность» неоккупированной зоны иностранцами. Последовали и соответствующие выводы. Третьего октября правительство Петэна по собственному желанию определило статус евреев как некоего подкласса французских граждан, обязав их носить отличительные желтые повязки.

Статус автоматически исключал евреев из участия в работе администрации, службе в вооруженных силах, членстве в творческих союзах и организациях, во врачебной и педагогической деятельности.

До полной оккупации Франции оставалось чуть больше 2-х лет.

Коренные французы, бельгийцы и голландцы, бежавшие из оккупированных территорий, вскоре обнаружили, что германские власти и прогерманские вассалы-правители в покоренных странах уже наметили контингент и масштабы «селекции».

Это не укрылось от внимания тех, кому репрессии не грозили, и они постепенно стали возвращаться обратно, на север Франции, в Бельгию и Голландию.

Но перед десятками тысяч людей различных социальных взглядов, вероисповеданий и национальностей выбора не оставалось – либо бежать с континента, либо попасть в лагеря уничтожения.

Особую тревогу вызывало создание и функционирование т. н. комиссии Кундта, ветви гестапо. Комиссии вменялось в обязанность посещение всех мест интернирования в поисках политических беглецов – противников режима с целью последующей отправки их в Германию. Кроме того, комиссия вела надзор за эмиграционным процессом.

И при всем этом открыто насаждалась идея «Франции для французов».