Миля и Облачко

Заметила всё-таки…

Катышки и ниточки предательски торчали из дивана: вся эта рваная бахрома указывала на меня. Я пригладил её лапой, но – тщетно! – она вылезла наружу.

«Нас драли кошки», – прохныкала диванная обивка. Я посмотрел на неё с укоризной: да ладно вам, драли. Так, прошёлся немного. Всему виной – узкий подоконник и прекрасные горы, до которых ну никак не дотянуться. В горьком одиночестве они стали мне утешением. Балансируя на хлипкой тахте, я хотел взглянуть на них – одним глазком! Вот и зацепился когтями.

С кем не бывает?

«Ой-ой», – сказала Миля.

«Ой-ой», – сказала Мыша.

И только Гоша не растерялся. Взял бритву, прошёлся по рванине – и диван как новый. «Поехали», – махнул рукой. Меня затолкали в переноску. Ещё мгновение – и дверь злополучной квартиры захлопнулась, для нас в последний раз.

Глава 6

Казалось, вместе с квартирой, всё плохое осталось позади. Началась dolcevita(ит. «сладкая жизнь»). Словно Золушка в доброй сказке, Миля встретила свою фею.

Войдя во вкус, Лёля неистово махала волшебной палочкой, и вот уже вокруг – прекрасный новый мир, полный любви и подарков.

Теперь мы жили вместе, а значит – у Лёли под лупой. Вид у нас был несчастный: собирались впопыхах. «Как нет футболки? Вообще никакой?» – удивлялась Лёля и покупала сразу три. Самые красивые! Ценники кусали за пальцы, а мы краснели от стыда. «Ну что вы, как бедные родственники?» – ворчала сестра.

Мы и не возражали. Когда пакуешь всю жизнь в чемодан, стараешься положить только самое ценное – зимние сапоги, например.

Все наши сумки были забиты зимними вещами, ведь ехали мы в мёрзнущую Европу, а приехали в вечное лето. Толстые свитера и пуховики кочевали с нами из квартиры в квартиру, как милый сердцу скарб, а на улице всё цвело и пахло.

Заботливая Лёля решила подарить Миле часы с функцией локатора.

«Так я всегда буду знать, где ты», – пояснила она.

«Это же дорого», – возразила Миля.

Сестрёнка не сдавалась и убедила её просто примерить часы с голубым ремешком.

А может, всё-таки розовым? В разговор включился Гоша, уверяя, что оранжевый выглядит лучше, а ещё он тоньше и меньше сдавливает запястье.

Пока ребята спорили, чья-то глупая мордашка уставилась на меня. Пёс так и буравил меня взглядом через сетку. «Чего изволите?» (серб. «чего желаете») – спросил я осторожно. Шпиц вилял хвостом. Он был ещё совсем щеночком. Вспомнив Дружка, я едва не пустил слезу. «Где твоя мама, малыш?» – говорю.