Дубинины. Когда приходит любовь.

И… поминай как звали! А теперь гуляю, нормальной жизнью дышу…

– Но ты ведь давно уже не пьёшь?

– Это Господь что-то со мной делает, у самого меня воли никакой нет.

– Вить, можно тебя спросить?

– Спрашивай.

– Помнишь, ты пел «От юности моея…»? Чудно пел. Откуда знаешь это песнопение?

– Я многое помню и из Всенощной, и из Литургии, ведь на клиросе пел… Хорошо, в двух словах расскажу. Я тогда из тюрьмы вышел – да, не удивляйся, давно говорю тебе, я – неподходящий друг. Остался на улице – ни крыши, ни еды.

Бомжевал какой-то период, а потом Бог в храм привёл, там – отец Виктор пожалел, поверил мне, жильё выбил, на работу пристроил. Я у него остался, все службы посещал, читал, пел, трудился. Хорошо жил, да мало, – он замолчал.

– А потом? – робко спросила Катя.

– Потом… «И вино веселит сердце человека…»[2 - Псалом 103 (здесь и далее примечание автора)]. Не станем об этом. Тебе, пожалуй, пора домой.

– Подожди… Спой что-нибудь церковное, пожалуйста…

Мужчина посмотрел на неё, немного помолчал, потом откашлялся и тихо запел:

– Да исправится молитва моя,

Яко кадило пред Тобою,

Воздеяние руку моею

Жертва вечерняя…[3 - Псалом 140] – и замолчал.

Катя нашла его руку и пожала, не зная, как ещё передать свою благодарность. Витя не отнял руку, но, подойдя к машине, сказал немного хрипло:

– Ты, вот что… Спасибо, конечно, что приехала. Но… не приезжай больше. Отец Виктор меня не смог вымолить, и тебе не по силам: молишься ведь утром, чуть позже семи, и вечером, где-то без пятнадцати десять?

– Откуда… знаешь?

– Не бревно, чувствую.

Не вымолить меня, гнилой я человек, гиблый алкаш со стажем – с пятнадцати лет пью, запойный уже, то есть остановиться не могу, все деньги спущу и даже тех, что нет. Нельзя тебе со мной общаться, не гожусь я ни в мужья, ни в друзья, ни в братья. Уходи, Катя, уезжай, Христом Богом прошу.

– Можно, я тебя хоть до дому довезу? Далеко ведь, нога устала – хромаешь уже.

– Нет!

– Ты…

Тогда Витя довольно грубо схватил её за руку, втолкнул в машину и захлопнул дверцу, показывая жестом, чтобы ехала.

Слёзы застили глаза Кати, она нажала на газ и резко тронулась.

* * *

А Витька пошёл на остановку, долго трясся в транспорте, растеряв в пути всю свою злобу. Вернувшись домой и зайдя в комнату, увидел у себя на столе две бутылки водки. Тут же кто-то постучался.

– Войди, – машинально ответил Витька, продолжая задумчиво любоваться сюрпризом.