Дубинины. Когда приходит любовь.

Хочешь попробовать?

– Я почему-то ничего не хочу… Мне почему-то хочется плакать, даже рыдать – странно, ведь вчера я чувствовала себя такой счастливой…

– Да? А что произошло вчера?

– Витя меня поцеловал.

– Что?!

– Ну, наверное, пожалел меня, ведь я липну к нему. Да-да, мама, к тому же всё время говорю, что некрасивая – вот он поцеловал, чтоб я так не думала.

– Это Виктор сам сказал?

– Нет, он ничего не говорил, я говорила.

– О чём же, если не секрет?

– Ну, типа, пусть он не считает, что раз поцеловал, то обязан любить, что я ничего не жду, пусть всё останется по-прежнему, ведь он не по любви, а из жалости.

– Боже мой! Катя, всю эту галиматью ты ему в лицо высказала?

– Мама, но ведь так благородно, возвышенно, к тому же честно! Не надо жалости, я вполне смогу прожить старой девой и помнить его поцелуй как самые счастливые мгновения жизни!

– Доченька, но ведь… ты его обидела, я даже боюсь, что очень сильно обидела – разве не поняла, не почувствовала?

– П-п-почувствовала, – выдавила из себя Катя, полетев кубарем с вершины своего самолюбования, и слёзы покатились из её глаз градом.

 – Он теперь начнёт меня избегать?

– К сожалению, думаю, что да.

– Я поеду к нему.

– Куда?

– В коммуналку, он сейчас там, соседа из больницы привёз.

– Но, насколько я помню, Виктор не хотел, чтобы ты появлялась у него дома.

– Да, очень не хотел.

– Тем не менее, ты едешь?.. Адрес знаешь?

– Знаю.

– Подожди, вдруг…

– Если нетрезв – то моя вина.

Мама, я его очень люблю, – и Катя с решимостью сорвалась с места, не утерев слёз и не поправив причёску.

Сердце стучало бешено, кровь приливала к щекам. Он выгонит её? Пусть. Там будет эта… женщина? Пусть.

* * *

Витя открыл дверь. На пороге стояла Катя, растерянная и взъерошенная. Мужчина вышел на лестничную площадку, прикрыв дверь в квартиру.

– Зачем ты здесь?

– Я… тебя обидела. Витя, прости, пожалуйста.

– Не за что. Ты верно вчера всё сказала.

Это у меня крыша поехала, а ты меня на землю грешную вернула. Надо знать своё место.

– Нет!!! – у Кати сделалось очень испуганным лицо. – Ты всё неправильно понял, Витя, нет!

– Не кричи так… Хорошо, заходи, раз приехала, посмотришь во всём великолепии быт обыкновенного российского пьяницы, – почти равнодушно мотнул головой.

– Ты не пьяница. Я ведь боялась, что…

– Я пьяный? Вполне мог, но не получилось…

Они вошли.