«Искусство и сама жизнь»: Избранные письма

В мире и в нас самих есть зло, ужасные вещи, и не только в старости можно испытать великий страх и почувствовать потребность в постоянной надежде на жизнь после этой жизни и узнать, что без веры в Бога жить невозможно – невозможно это вынести. А с верой можно долго терпеть. И вот, в нашей Библии есть выражение, которое постоянно, раз за разом встречается в различных ее частях, по разным поводам: «Не страшитесь». Для нашего отца это очень важно, а он говорит: «Я никогда не отчаиваюсь». Давай повторять это за ним.

Разве не бывало с тобой такого, когда ты хотел сделать что-то дурное, но тебя что-то удерживало? Когда что-то вызывало беспокойство и ты не мог найти выход, но все равно выходил сухим из воды? В одной книге Беньяна описано, как странник, увидев лежащего льва на обочине дороги, по которой собирался пройти, все же продолжает путь – он должен это сделать и не может поступить иначе, – и когда доходит до места, где лежит лев, то видит, что тот на цепи и находится там только для того, чтобы испытать мужество путников. В жизни такое происходит не раз. Нас многое ожидает, но другие уже прожили это, и тот, кто любит своих родителей, должен следовать за ними по жизненному пути. Если ты ценишь любовь и уважение младших, признавайся, когда это уместно, в своей вере и признавай, что ты любишь Христа и Библию: не правильнее ли, если сын любит отца за это больше, чем за что-либо другое? Зачастую женщины и дети и простодушные чувствуют и понимают это очень глубоко, и в очень многих сердцах скрывается великая и живая вера. Мы тоже нуждаемся в этом, если подумать о том многом, что нам предстоит. Он говорил, исходя из всего жизненного опыта, и мы знаем, как много пережило то сердце, которое, переполнившись, заставило Его уста произнести слова: «Не будут ни жениться, ни замуж выходить в Царствии Небесном», – и тот, кто сказал: «Кто не возненавидит самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником». Да, это слова Господа, и произнесенные устами Бога слова, в соответствии с которыми должен жить человек – и не хлебом одним, – ибо ищущий да обрящет. Когда я стоял у тела Артсена, спокойствие, и серьезность, и торжественная тишина смерти так контрастировали с нами, живыми, что мы все прочувствовали слова, сказанные его дочерью во всей простоте: «Он освобожден от бремени жизни, которое нам все еще предстоит нести».