Урман

Большая часть прибыли шла на развитие колхозного хозяйства, на содержание скота и на закупку сельхозинвентаря. Все, что оставалось от закупок и налога, выдавалось работникам. В эту осень я возил лес на Кагальтуру. Зарабатывал по двадцать пять рублей в месяц. На продукты мне хватало, а одежду купить было не на что. Дом и огород у меня были.

В июле мне исполнился двадцать один год. Можно было подумать о семье. С Фросей мы дружбу продолжали, но разговора о женитьбе не было. Без ложной скромности скажу, что работал я хорошо.

Начальство обратило на меня внимание и в тридцать шестом году назначили бригадиром по всему производству. Местная молодёжь избрала меня зав. клубом. Это, конечно, как нагрузка.

КИНОПЕРЕДВИЖКА

Доверие начальства и молодёжи меня подбодрило, хотя и без того выкладывался в работе на полную силу. Держать клуб в чистоте мне помогали девчата. Сюда после работы собиралась вся молодёжь Рабочего. Танцы сопровождали два музыкальных инструмента: гармошка и балалайка. На балалайке, кроме меня, играли ещё человек пять.

Так что музыки нам хватало. Танцевали и плясали лихо. В то время не было в Рабочем радио, о телевизоре ещё весь мир не знал, а патефон считался большой роскошью. Мы сами себя веселили: пели, танцевали, плясали, рассказывали сказки и побасёнки, было множество затейливых игр. До сих пор помню эти вечеринки. Два раза в месяц привозили кино. В то время было оно немое, но приезд киномеханика в посёлок был настоящим праздником. К нам приезжал киномеханик Мальцев. Он был отчаянным гармонистом и хорошо пел. После кино он устраивал небольшие концерты, а мы под его музыку танцевали. Слушать его оставались даже старики. Они сидели на лавках, сдвинутых к стенам, смотрели, как веселится молодёжь. На другой день посёлок обсуждал просмотренный фильм. Эмоции захлёстывали. Каждый понял происходящее на экране по-своему и комментировал так, насколько хватало ему фантазии.

Понять, что происходит на экране, мог только большой выдумщик. Киномеханик спешил поскорее закончить фильм.

За многократный прокат фильм ему надоел до чёртиков, и он велел парню, который, сидя верхом на лавке, крутил «динаму», – крутить быстрее. Изображение по полотну проносилось с большой скоростью. Титры, мелькавшие внизу экрана, шли сплошной чёрной полосой, и прочитать их не могли даже грамотные. Если удавалось ухватить два-три слова, то к промелькнувшей картинке привязать их не успевали. Неграмотные сидели, тупо уставившись на экран.