Школа Элитария

Проходи хотя бы на один урок каждый день в течении недели.

Учитывая, что все обещания Таруло в итоге сбывались, Кэри так и сделал. Весь в напряжении он садился за последнюю парту и просто старался расслабиться. Первые дни он не думал об учёбе, не думал о том, чтобы слушать, а за стеной его всегда ждала миссис Ярк, чтобы помочь ему, если понадобится.

Иногда, после десяти-двадцати минут урока, Кэри успокаивался и смотрел, как ученики делают записи внутри файлов своих комлинков на руках. Кэри знал, как это делать, но к сожалению, он прослушивал всю информацию, которую надо записывать.

Он даже плохо понимал, какая именно информация была нужной для следующего урока.

Особенно ему было боязно и неловко, когда кто-то резко вздёргивал руку, чтобы ответить, и от этого он рефлекторно дёргался. Своими дёрганьями он постоянно привлекал внимание. Но сразу после этого вновь затихал и вёл себя тише воды, ниже травы, будто пытаясь слиться с воздухом. Но что бы не случилось, он продолжал сидеть до конца урока, как и положено.

Постепенно ровный тон учительницы, за которым Кэри ранее ничего не понимал, превращался в историю становления независимости гражданских рас планеты Антаты. Огромные механические пузыри становились высокотехнологичными летательными аппаратами. А километровый лабиринт из коридоров и лестниц превращался в место жительства двух тысяч живых существ. И его место жительства тоже.

Остальные ученики тоже начали привыкать к нему. Одногруппки привыкли видеть рядом чудаковатого пугливого мальчишку, который отсиживается на последней парте и соблюдает редкостную тишину.

Ученики постарше удивлялись его облику какое-то время, когда встречали его в столовой или в коридоре. Некоторые даже более внимательно наблюдали за тем, что он ест, как странно ходит, как реагирует на резкие движения. Но Кэри помимо всего нового, казался им обычным ребёнком, коими были все в этой школе, так что через несколько дней к его внешней особенности потеряли интерес. К тому же, дети, даже старшего поколения, едва ли что-то слышали об Астре и её обитателях.

А Кэри, в свою очередь, начал привыкать видеть вокруг себя ровесников других видов. Он научился слушать, что говорят учителя и что отвечают ученики. В конце уроков он стал записывать домашнее задание, а в своей комнате читать книги, писать, запоминать, хоть и не спешил отвечать, пока не спросят.

Астрийцу было заметно тяжелее, чем остальным ученикам. Но ему самому казалось, что он с этим справится.