Пик коммунизма

И вот теперь, стащив трактор с грузовичка и гипнотизируя зрителей – главным образом зрительниц – всевозможными ответственными позами главного тракториста среднерусской возвышенности, Гришка с оглушительным треском запустил двигатель, отчего по всему Кокино в ужасе завизжали собаки, рванул рычаги управления, трижды крутанулся на месте, подобно молодому тигру, гоняющемуся за собственным хвостом, роль которого играл в данном случае стальной трос, закрепленный позади трактора, и устремился вон с хоздвора – цеплять волокушу и мчаться на луг, за горой сена такой высоты, чтобы её видно было как минимум с Марса.

Ну и, конечно, из подлой Америки, задумавшей удушить Советский Союз – как писала недавно газета «Известия» – в ледяных объятиях холодной войны. Щас вам, удушители! Расступись, черти полосатые: Гришка едет! А это значит, что война не будет холодной. Война будет горячей!

Трактор ушел на луг в полдень, а в два часа дня Гришка, в совершенно несусветном виде – на синих ногах, в дымящихся трусах и с сосульками на побелевших ушах ворвался к директору Рылько в кабинет и, щелкая обледенелыми глазницами, застучал невнятной зубовной дробью, как дятел по покрышке, как телеграфист бронепоезда, летящего в пропасть: «Ут… -ут… -ут… -ут… – утоп… оп…, топ… топ… утоп… так… рак… тор… тот… трак… тор… Па тты… паттыт… паттыр… патрасу в-ввы… выббыб… выббыбрался: ут… ут… ут… утоп… тыт… тот… тыр… тык… так… трак… тык… тор! Ут… тот… ут… топ… Па тыт… па троп… па трасу ко… ко… койкак вы… вы… вы… ка… ка… выка… раба… кака… какался ссыпа… с-пад… ввы… вады… а то б ппы… пад лед… дды… дды… ддык и ут… ут… ут… ут… утя… утя… нны… нуло, ух… уххы… ухыватился за тты… трос… па… тты… трасу… ввы… вылез атоб… ут… ут… утоп…».

Не сразу дошло до Рылько, что трактор проломил лед и затонул в Десне, и долго еще не мог он понять, куда и зачем Гришка лез по тросу, пока не сообразил, что Гришка рассказывает ему о своем чудесном спасении из-подо льда.

На помощь пришел завхоз Фролов – старая гвардия! —, который, еще из гардероба заметив бегущего по аллее, трясущего сосульками Гришку, почуял неладное. Он молниеносно, в режиме «скорой помощи» вбежал в кабинет директора с бутылкой самогона и надетым на нее граненым стаканом в руке. Пыж газетной затычки был у него уже в зубах.