В чём её секрет? Как из травмы делать ресурс

Полумрак, влага, эхо, запах сена и навоза, лязг железных затворов, фырчанье коровы, далёкие кукарекания петуха… Дальше за хлевом – выход в огород.

Маленькие дверцы вели в сенки, где на полочках плотно стояли банки и отстаивались сливки с молока. Все входили с наклоном головы, а я с трудом перелезала через высокий порог.

В хате – шторочки у дверей; справа – печь под лесенкой на второй этаж. А напротив печи, за шторкой – кровать, где спал дедушка Вася. У маленьких окошек в дальнем левом углу – стол под белой скатертью с ручным кружевом.

А над ним икона с лампадкой. Стены покрашены известью. На подоконниках герань и фиалки в глиняных горшочках. На полу длинная половица ручной вязки из тряпочек.

Так всё скромно, но дорого и мило для души… Бабушка Аня, радостная, в ситцевом в цветочек платье и белом платке, обтирает руки о фартук и хлопочет по хозяйству, нам с дороги обед накрывает. А дедушка Вася самокрутку скрутил, надкусил два раза да загнул ступенькой. Потом в сухие губы, испещрённые морщинами, засунул, и зовёт дядю Сашу на лавку у ворот покурить.

Они выходят.

Поджидая нас, баба Аня выносит угощение: пирожки из печи, котелок с картошкой в мундире да банку трёхлитровую с пряными маринованными огурцами. Двери открываются, и возвращаются мужики. Садятся есть. Деда Вася говорит: «Мать, ну ты нам дай по стаканчику-то», – а она ворчит: – «Им отдохнуть с дороги надо, а потом на огород. А ежели выпьете, то ничего не успеется». Дед настаивает, что пара стопочек – делу не помеха.

Бабуся пропадает за шторкой напротив стола, и появляется с большим графином и двумя крохотными гранёными стаканчиками – «отметить приезд».

Потом баба Аня помогает мне забраться на печку. Под лесенкой ниша, а в ней постель из лоскутного одеяльца, а на стене ночник в виде цветка. Мама перед сном читала мне про каменный цветок и Хозяйку медной горы. Мне нравилась эта история о том, как Данила сделал невозможное и как таинственная женщина украла его в свои рудники.

И вот лежу я в этой тёплой норке. Тепло и треск дров в печи. Красный свет от ночника – словно сияние волшебных кристаллов, будто в чертогах Хозяйки. В избе раздаётся скрип половиц, неспешный говор и смех. Потом разговоры стихают. Звон, дребезжание тазика, в который льётся вода; брякает носик рукомойника… И наступает тишина.

…Просыпаюсь от пряных запахов выпечки. Баба Аня встала засветло и уже стряпает блины.