Варяг. Я в роду старший

Когда война, чужое перестает быть чужим и превращается в добычу. Но я вижу: вот сидишь ты, вот – Геллир-ярл и другие люди Стемида-конунга. Однако твой человек убил мою тир. Возможно, я слишком молод и не знаю всех законов. Может, в твоей стране есть закон, который разрешает бить копьем в спину чужих наложниц?

– Значит, ты убил его за то, что он убил твою девку? – уточнил Вандиль.

– Я же сказал, что не убивал его! – возмутился Сергей. – Я мог бы с ним сразиться. Мог бы пустить в него стрелу, но, признаюсь тебе, хёвдинг, я растерялся.

Только что мы сидели за одним столом, и вдруг подбегает твой человек и бросает копье в спину моей тир. Мне следовало драться, да. Но я подумал: это берсерк. Я побаиваюсь берсерков, – сообщил Сергей доверительно. – Я знаю одного, Харальда Скулдисона. Мы сражались вместе. Берсерк – это страшно, хёвдинг. Он убивает всех вокруг, и убивает очень быстро. Поэтому, – Сергей изобразил смущение, – мы с другом решили отступить. На крышу. А твой хирдман, он погнался за нами. Он грыз зубами рукоять топора и рычал. Но клянусь молниями Перуна, я не касался его железом. Я отпихнул лестницу, по которой он лез на крышу, и мы убежали. Вот и всё.

– То есть ты просто отпихнул лестницу? – недоверчиво уточнил Тови.

– Да.

– Он врет! – возмутился один из данов. – Когда мы подоспели, Клёнг лежал на земле со сломанной шеей…

– Постой-ка! Ты хочешь сказать, что этот лисенок сломал шею Клёнгу Прыгуну? – перебил Дёрруд. – Да у него шея была толще моей ляжки!

– Это так, – согласился дан-свидетель.

 – Но шея Клёнга была сломана, а эти, – кивок в сторону Сергея и Машега, – удирали в лес.

– Но девка мертвая там тоже была, – вступил в разговор еще один дан. – И копье у нее в спине было. И это было копье Клёнга.

– Да какая разница? – возразил первый. – Клёнг мертв, а эти удирали! Зачем они тогда удирали, если ни при чем?

– Да малые потому что! Он же сам сказал! – вмешался второй. – Решили, что в Клёнга дух Всеотца вошел. Ты ж помнишь: у него в зубах секира была и рот весь в крови.

– Выходит, не соврал малой, – веско уронил Дёрруд. – Не убивал он Клёнга. Тот сам убился.

– Не убился б, если б Дерзкий его не толкнул, – не согласился с выводом первый свидетель. – А что упал неудачно…

– Удача – от богов, – наставительно произнес Дёрруд. – Все это знают. И неудача – от них же.

– Хочешь сказать, боги Клёнга убили? – не сдавался первый свидетель. – С чего бы им Клёнга убивать? Он богам божье всегда отделял. Мы все это знаем.