Грейслин. Пробуждение ликана

Ещё бы… как не поверить такому порядочному, хорошему и доброму парню, как ты? – заявила Элис с не скрываемым сарказмом.

Он не дрогнул ни мускулом, хотя его лицо отражало грусть. Секунду спустя он опустился на одно колено, смотря ей в глаза.

– Я Гретэм Кротон Синарис, рождённый двадцать пятого Дренака одна тысяча шестьсот тридцать седьмого года чародейкой Микатой Синарис. Клянусь жизнью своей души, что не убивал невинных людей, включая трёх оборотней, превращённых в биохимическую бомбу.

– Это очередная ложь… – покачала головой Элис. – Тебе не может быть больше тысячи четырёхсот лет, иначе ты выглядел бы, как минимум, постарше…

– Это вовсе не ложь, Элис. Ты же знаешь, что в клятве нельзя ни шутить, ни лгать, а говорить только правду, иначе всё окончится печально. Я, как видишь, ещё жив, – поднявшись с колена, сказал Гретэм. – Надеюсь, теперь я тебя убедил и мы, наконец, сможем поговорить.

Клятва на душе была весьма весомым аргументом, но всё же что-то в внутри Элис настораживало… От Гретэма веяло опасностью, но злодеем он не был.

– Рассказывай, – согласилась Элис, тоже поднявшись на ноги.

– В первую очередь, тебе нужно понять, что я не обычный оборотень и не только из-за цвета моих глаз…

– Я заметила. Ты владеешь магией, а это невозможно. Оборотни и магия не совместимы.

– Да, Элис, и когда-то я считал так же, ведь магическая сила и энергия вместе с проклятием оборотней взаимно уничтожаются при попадании в одно сознание, в один организм.

– Ликан – это же синоним слову оборотень разве нет?

– Нет, если знаешь, как правильно оно пишется. В нашем случае это Лии Канц, – сказал Гретэм. – Но сейчас все его произносят как ликан.

– И ты намекаешь, что ты тоже… ликан?

– Да, Элис, как и ты. Но ты пока ещё не пробудилась…

– О чём ты? Я лишь оборотень и ничего больше.

Знаешь, ликаны очень редки в Гальтаренце. Чтобы им стать, человек должен обратиться в оборотня в течении двадцати четырёх часов после того, как потерял искреннее любимого человека. Это как раз твой случай, Элис, верно?

Элис ничего не ответила ему и просто думала над его словами. Если он говорил правду, то она и вправду ликан, хотя ей всё ещё не верилось в его рассказ.