Город Утренней Зари. Плач Пророка

Посох сделал тонкий, подобный следу бритвы, надрез в пророческой душе и кровь заструилась по её стенкам. Пусть почувствует силу, но явно не достаточную для исцеления раны. Как только отчаяние охватит её, то тогда он поглотит эту девушку без остатка. Она не сможет сопротивляться. Следуя за вереницей шрамов, посох заглянул в ещё один закуток души, а затем в ещё один и тут перед открылось то, что заставило его затрепетать. Перед ним открылась вся глубина и сила души этой внешне хрупкой девушки. Чтобы поглотить такой колоссальный объем потребуются годы, а может быть и десятки лет.

Он не успеет это сделать до того, как душа отойдет в мир иной. Артефакт мог бы прийти в ступор, но для сухой проклятой палки это лишнее. Он просто начал делать ещё порезы, через которые тут же начинали сочиться внутренние резервы души. Порезы от воздействия древней реликвии не затягивались и потому только вопрос времени, когда душа начнёт ослабевать. В этом случае, он со своей новой хозяйкой надолго, чтобы в конце концов забрать своё по праву. Самое страшное для его жертвы, что всё это она перенесет с собой вечность. Обычно получаемая сила опьяняла носителей и они стремились менять мир, людей, подчинять природу, забывая о себе. Посох, унаследовавший жестокость Отца, на последней стадии показывал человеку его внутреннее состояние, что повергало в отчаяние, под леденящие стоны которого реликвия и сопровождала свою жертву в бездну. Прогулка с пророческой душой обещает стать грандиозным событием.

Посох не рассуждал, только стремился.

Порез и ещё один. В этот момент он заметил, что в душе появляются новые ранки, подобные тем, которые делает артефакт. Пророк сама повторяла действия реликвии. Её тяжелое хриплое дыхание пришло в норму и подскальная ниша вновь погрузилась в густую тишину, как будто ничего здесь и не происходило. Посох резонировал, подчеркивая своё значение в жизни нового владельца. Если она стала учиться тому, как получать силы из своей души, то не выкинет ли она никчёмную деревяшку? Нет, он ей нужен, чтобы как буфер смягчать потоки энергии Отца, который так и не научился взаимодействовать с человеком, изливая свою силу в соответствии с потенциалом носителя. В посохе прокатилась далёкое эхо Отца: посмотрите на меня – я до сих пор светоносный ангел, готовый затмить своим светом сами небеса. На это в структуре артефакта откликнулось ворчание души Варэля Габая и недовольная реликвия, хоть и недовольно, но продолжила своё дело.