Варяжская сталь: Герой. Язычник. Княжья Русь

Осерчает – утопит недовольных в их собственной крови.

Но князю было не до религиозных распрь. Князя более беспокоила экономика. Пока жила мать, сбор даней и оброков был на ней. Она ставила тиунов и мытарей, посылала за оброком, судила, если местная старшина не могла справиться. Теперь всё это ложилось на Святослава. А тому – не до киевских вотчин. Он великую державу себе воюет. Но и отдавать все целиком в одни руки нельзя. Опасно. Матери Святослав мог доверить такую великую силу. Другим – нет. Потому решил Святослав поделить киевскую вотчину на сыновние доли.

Точно обозначить: это – Ярополково, это – Олегово. Был еще Володимир, но ему отрезать надел не надо. Ему – Новгород. Он там уже прижился, в Киев даже в гости не наезжал. Зато на севере со всеми ладил: и с Полоцком, и с Беловодьем, и даже с нурманами. Сколько тут было заслуги самого Володимира, а сколько – его пестуна Добрыни, неведомо. Святослава это не заботило. Главное, чтобы мир был на севере и товары, меха, кость и прочее шли бесперебойно. А вот как с югом быть? То есть кому что – ясно. Олегу достанется часть деревлянской земли, граничащая со свенельдовой. Доля малая, но на прокорм хватит. А вот как быть с Ярополком, который займет великокняжий киевский стол? Хоть и обещает княжич вырасти славным мужем и правителем, но пока – отрок. Святослав, правда, помладше был, когда княжить стал. Но с ним мать была. И пестуны добрые: Свенельд, Асмуд, Серегей. А с сыном кого оставить? Асмуд – стар. Серегей и Свенельд за Дунаем нужны… Кого? Одним веры нет, другие корыстны, третьи – мелки. Все лучшие – в Святославовом войске. А присмотреть надо. Ярополк хоть и варяжской крови, а крещен. Значит, будет с ромейскими жрецами дружить. А с ромеями дружить – без порток остаться. Конечно, и у Святослава был свой ромей на службе. Калокир. Но что лукавить: окажись Калокир на службе у Ярополка, через краткий срок уже не Калокир служил бы княжичу, а княжич – Калокиру.

Трудно, трудно… Гнетут Святослава тяжкие думы. Не это ему любо.

Он – молод. Он – воин. Ему – врагов бить, а не оброки назначать да с седобородыми боярами рядить. Чувствует Святослав, что сам становится велеречив и медлителен. Бесит его это. Будто боевого коня в телегу впрягли. Хочется – быстро. Вотчину поделить. Ромейскому духу в Киеве дать окорот. Чтобы крепко запомнили. И страшились. И сидели в своих душных капищах, как лисы в норах.

Будь его воля, князь бы и капища эти пожег. Вместе с их черными жрецами.