Варяжская сталь: Герой. Язычник. Княжья Русь

Сколько лет с тобой живем, первый раз слышу, что тебе хузары не по нраву. Чем хузарин хуже угра, руса, ромея?

– Тем, что он – не нашей веры! – твердо ответила Слада.

– То есть, если его окрестить, то ты согласна?

– Он не примет крещения, – не раздумывая, сказала Слада.

– Почему ты так думаешь?

– Не примет. Спроси его.

– Ладно, – сказал Духарев. – Спрошу. А ты иди пока…

Со своим гриднем он поговорит наедине.

– Так ты ее любишь или нет? – сердито спросил Духарев.

– Люблю.

– А креститься не хочешь?

– Не могу, батька-воевода.

Йонах уперся, как бычок. А Серега-то думал: уговорить его принять крещение – пустяковое дело.

– Это вера отцов моих, – заявил молодой хузарин. – Я в истинного Бога верую. Не пристало мне поклоняться одному из пророков… – Тут парень сообразил, что сблотнул лишнее: ведь его воевода как раз этому «пророку» и кланяется. Сообразил и умолк. – Ты говори, говори… – поощрил его Духарев. – Что там еще у тебя накипело?

Но Йонах молчал.

– Значит – не любишь, – констатировал Сергей.

 – Любил бы – не отказался б от нее.

– Кабы не твоя она была дочь, воевода… Э-эх… – пробормотал Йонах.

– И что было бы? – осведомился Духарев.

– А то бы и было! – Йонах вскинул голову, глянул синими, как у отца, глазами в прищуренные глаза воеводы. – Дикое Поле – оно большое. Ищи ветра…

– А у меня, значит, умыкнуть – не рискнешь? Неужели боишься?

– Никого я не боюсь! – сердито бросил Йонах. – Я тебе клятву принес, батька!

– Ладно, – сказал Сергей. – Не хотел я тебя обидеть, Йонаш.

Но Данку против воли матери отдать – нехорошо будет. Однако и «нет» я тебе тоже не говорю. И одно обещаю: пока люб ты дочери моей, за другого ее тоже не отдам. А там уж как выйдет. Будет судьба к вам благосклонна – будете вместе. Нет – значит нет. Устраивает тебя такой ответ?

– Нет! – честно ответил Йонах. – Но ведь другого не будет?

– Не будет.

– А встречаться нам можно?

– Можно, – разрешил Духарев. – Знаю: честь ее и мою не запятнаешь.

– Благодарю, батька! – Хузарин поклонился низко, в пояс.

И вышел вон.

Духарев вздохнул. Проблемы эти религиозные… Христиане, иудеи, язычники… Какая разница – какой веры человек? Лишь бы человеком был настоящим.

А как бы он сам поступил на месте Йонаха? Пошел бы в иудеи ради любимой девушки? Тоже вряд ли. Но и не отступился бы тоже – это точно. Может, потому Сергей и решил дать парню шанс? Никто ведь не знает, как жизнь обернется. Одно ясно: Сладу Сергей тоже обижать не станет.